— Сделайте одолжение, сударь, — чуть помолчав, заговорил Увилл. — Когда будете сообщать об этом инциденте Боргу, не забудьте упомянуть о том, с какой лёгкостью я взял ваш замок. Не забудьте упомянуть, что все его защитники мгновенно сложили оружие, лишь только узнав своего истинного господина… Кстати, я бы предостерёг вас от возможных необдуманных действий. Не стоит наказывать всех этих людей за случившееся. Поверьте, это не проявление предательства, а напротив — проявление истинной преданности. Вы, я полагаю — человек благородный и неглупый, и не станете наказывать за преданность.

Краска досады залила щёки юноши. Было видно, что он глубоко уязвлён тем, насколько легко его оставили все те, кто должен был ему служить. Но в данной ситуации он понимал, что единственным приемлемым вариантом станет просто проглотить эту обиду.

— Так вот, передайте Боргу, что домен по-прежнему мой. Я могу взять его в любой момент, когда пожелаю, и не в его власти мне помешать. Передайте это и остальным его вассалам. Они должны понимать, что в случае чего Борг Савалан не сможет защитить их от меня. Вы — оккупанты на моей земле, и всё население домена считает именно так. А потому, надеюсь, вы не станете делать ничего, что могло бы вызвать моё недовольство.

Саммеду хватило остатков мужества, чтобы взглянуть в глаза Увиллу, но в этом взгляде было слишком мало вызова и слишком много страха. Увилл же ответил ему на это самой приятной из своих улыбок.

Наконец послышались крики, и на пороге появились те самые стражники, державшие под руки вопящего человека. К удивлению Увилла, тот был уже довольно-таки стар — лет под пятьдесят. Признаться, он ожидал увидеть насильника помоложе. Стражники тем временем подтащили старика и бросили его на колени перед Увиллом. Тот, скуля словно пёс, попятился на четвереньках поближе к своему господину, словно тот мог как-то его защитить.

— Это он? — спросил Увилл у Ямера.

— О, да… — гримаса злобы, боли и торжества исказила лицо молодого человека.

— Напомни его имя, пожалуйста.

— Деройль, — выплюнул Ямер.

— Ну что ж, господин Деройль. Вы обвиняетесь в том, что совершили насилие над невинной девушкой, которая была невестой вот этого молодого человека. Есть ли вам, что сказать в своё оправдание?

— Насилие?.. — удивление Деройля, похоже, было искренним. — Какое насилие, ваша милость? Вас, должно быть, ввели в заблуждение…

— Ах ты, гнида!!! Он лжёт, государь! — вскричал Ямер.

— Я разберусь. Так вы утверждаете, что не трогали девушку?

— Ну я, конечно, позабавился с ней, государь… — мерзкая улыбка промелькнула на посиневших от страха губах. — Ну вы же понимаете… Это была простая деревенская замарашка, а не благородная дама!