В данный момент Увилл даже не думал о том, что способен заразиться от умирающего ребёнка. Он понимал лишь, что на него сейчас устремлены несколько десятков благоговейных взглядов. И что об этом потом будут рассказывать сотни, если не тысячи людей. Он торжественно откинул край хламиды, обнажив посинелый животик младенца, и возложил руки на сжигаемую лихорадкой сухую кожу.

— Именем Белого Единорога, Арионна Благословенного, я изгоняю хворь, прислужницу Чёрного Асса, из этого дитя! Пусть Арионн-Заступник, действуя через меня, исцелит невинного ребёнка и дарует ему долгую и счастливую жизнь!

Грубые неотёсанные мужики, которые ещё несколько минут назад развязно перешучивались и громко галдели, теперь, затаив дыхание и вытянув шеи, следили за королём. Когда Увилл отнял руки от ребёнка и вновь бережно укрыл его, мать разрыдалась от благодарности и счастья. Похоже, никто во всём мире сейчас не смог бы переубедить её в том, что человек, стоящей перед нею, есть само воплощение Арионна.

— Благодарю тебя, государь, — она крепко прижимала младенца к себе. — Ты не только исцелил мою дочь, но и благословил её! Благодарю!..

— Благодарю и тебя за твою веру, моя госпожа, — поклонился в ответ Увилл. — Я ото всей души надеюсь, что твоё дитя поправится!

С глазами, полными благодарных слёз, женщина покинула трактир. Какое-то время там продолжало царить полное молчание. Кажется, многие из присутствующих уже готовы были уверовать в нового бога-короля вслед за этой несчастной.

Когда Увилл со своими людьми уже уезжал из деревни, многие местные жители подходили и просили его благословения, словно какого-нибудь арионнитского жреца. И он благословлял каждого, для каждого находил слово.

— Я разговаривал с трактирщиком, — тихонько проговорил Гардон, когда они уже отъехали от деревни. — Через его трактир ежедневно проезжают десятки людей. Он всем будет рассказывать о том, как вы исцелили дитя.

— Хорошо, — кивнул в ответ Увилл.

***

Звон металла о металл, казалось, разносился на многие лиги вокруг. Он нарушал торжественную тишину вековечного леса, и создавалось впечатление, что звон этот слышен в самом Колионе. Каждый день бойцы «гвардии короля» тренировались во владении оружием, причём лишь новичкам, впервые бравшим меч в руки, доставались деревянные клинки. Едва лишь боец начинал держать меч не так, как ложку, ему вручали затупленный железный.

Кроме обращения с мечом, и даже прежде этого воинов обучали владеть пикой. Увилл полагал, что ударной силой его будущих врагов, скорее всего, станет дворянская конница, так что нужно было приучить людей бесстрашно встречать конный натиск.