— Да какая тут медицина на корте, — поморщился Рэм, проводя ладонью по застёжке комбинезона и высвобождая правую руку. — Видел я, как они официанта лечили.

На плече у него красовалось чёрно-синее пятно, вроде здоровенного синяка, и от пятна разбегались полосы, похожие на молнии.

Дерен покачал головой:

— Давай ты всё-таки дойдёшь до медотсека и кинешь мне заключение медика на браслет?

Рэм кивнул в своей отточенной протокольной манере. Наверное, это означало что-то вроде «есть» или «слушаюсь».

— Ты написал, чтобы тебя встретили на Асконе?

— Да, катер управляющего будет ждать меня у космолифта. С охраной. Всё, как ты говорил.

— Тебе нужно будет связаться с юристом, чтобы он позанимался всей этой историей на корте. Твой, скорее всего, не подойдёт — он по торговым делам. Попроси управляющего рекомендовать тебе хорошую юридическую контору.

— Так у меня уже есть подходящий юрист, — улыбнулся Рэм, сращивая швы комбинезона.

— Подходящий? — Дерен не сыграл, он действительно удивился.

Весь экипаж «Персефоны» знал, что Рэм люто ненавидит юристов. Одно дело, оказаться в вынужденном соседстве, и совсем другое — довериться незнакомому человеку этой профессии.

— Господин Ченич? — спросил Дерен с какой-то обречённостью.

— К вашим услугам, — откликнулся юрист, радуясь, что язык уже слушается.

Пилот кивнул:

— Я окажу вам всё необходимое содействие.

— Господин Дерен, — начал Ченич. — вы…

— Вальтер.

«Вы понимаете, Вальтер, — хотел сказать Ченич. — Вы же не пилот. Пилот — это совсем другая профессия. Вы — …»

Но сказал он иное.

— Вальтер, то, что Рэм — хороший пилот, вы и без меня знаете. Но знайте, что вы воспитали замечательного человека.