Задумавшись о чем-то, Дориан отодвинулся и отвел взгляд в сторону. Он вновь приложился к бутылке, на этот раз подольше.

– Я ждал тебя весь этот год, – проговорил он. – Как дурак представлял, что ты наконец все поймешь и придешь ко мне.

В этот момент он выглядел… потерянным.

Деми посмотрела на него, и сердце забилось сильнее. Он не знал о ее чувствах точно так же, как и она не знала о его.

– А я, – осторожно сказала Деметра, – весь этот год по тебе скучала.

Дориан посмотрел на нее в ответ, не поверив услышанному.

Протянув руку и проведя кончиками пальцев по его щеке, Деми поцеловала его.

Прижавшись ближе, он обхватил ее лицо ладонями. От него пахло кожей, виски и пролитой им кровью, и только возле самой шеи, ближе к мочке уха, пробивался тот самый аромат парфюма. Всегда один. Неповторимый.

То, что происходило между ними, было настоящим, горячим, искренним. Она ловила его губы своими. Задыхалась и пыталась ухватить воздух.

Дориан рванул назад ее куртку, обнажая плечи, затем полностью снимая и отбрасывая прочь. Руки его, проникнув под футболку, заскользили по животу и стали пробираться выше. Жар, следующий за его прикосновениями, становился нестерпимым. Ее щеки горели огнем.

Выгнувшись, Деми задрала футболку и сорвала ее с себя, оставшись в черном кружевном белье, специально подобранном под бальное платье. Губы Дориана коснулись шрама на ее горле, пальцы прошлись по мелким шрамам на руке и ребрах. Она не знала, какой выглядела для него сейчас – возможно, слишком тощей, бледной и угловатой… Не такой красивой, как в прошлый раз.

– Ты идеальна, – прошептал он, точно почувствовав ее смущение, и впился в губы новым поцелуем.

Он все еще был в своей куртке. Это казалось несправедливым. Деми хотела бы увидеть, сколько шрамов имелось у него. Хотела чувствовать не кожу его куртки, а его самого.

– Сними ее, – шепнула она, отрываясь от его губ. – Пожалуйста…

Дориан скинул куртку, снял футболку и, больше не отпуская Деметру ни на секунду, увлек за собой, вниз, на мягкий ворс ковра.

И вновь она видела перед собой горящие, совершенно дьявольские глаза, в которых отражался огонь из камина… Того самого камина, в той же комнате. Словно эти моменты не разделяла черта длиной в год, словно оба они слились воедино. Словно были вместе всегда.

А когда все закончилось и она вновь потянулась к его губам, то спросила:

– Мне ведь это не снится, правда?

– Определенно нет, – ответил Дориан, поглаживая ее по волосам.

Он взял бутылку виски, еще стоящую возле дивана, и сделал большой глоток. Деми откинулась на ковер, ощущая, как ворсинки прилипают к разгоряченной коже. Отвернувшись, она посмотрела на огонь. Ее не мучила совесть за содеянное, вовсе нет.