Он ждал ее прямо у входа, сидя на приземистой изрезанной письменами тумбе, а когда она подошла, встал и отвесил сложный риалларский поклон. Он был всего на голову выше нее, и, как ей показалось, едва ли старше Жевра, и такой же плотный и крепко сбитый, но с открытым, улыбчивым лицом. Карие глубоко посаженные глаза, темные густые брови, кудрявые темно-русые с заметной только на солнце рыжинкой волосы до плеч чем-то напоминали ей изображения самого Келара в святилищах – именно таким представляли теллариане бога всего живого и живущего на старых полотнах. Ему не хватало только венка из лозы арали на голове и пастушьего посоха в руках…

Пруды с рыбками лежали за массивным, приземистым зданием храма, в роскошных садах, тянущихся чуть ли не до окраин. Лейт с детской радостью разглядывала разноцветных рыбок разных видов, лениво плещущихся в теплых прудах и рукотворных аквариумах.

Налюбовавшись на живность, они вышли на другом конце сада и устроились в крохотном полутемном кафе, в котором одуряюще пахло свежей выпечкой.

– Ты придешь сегодня на аррас? – спросила Лейт, с нетерпением ожидая заказа. – У тебя есть приглашение?

– Мне оно не нужно, – улыбнулся Аррейн – Приду, если успею. Дел много. Но я постараюсь, – видя, что Лейт улыбнулась, продолжил. – А кто еще будет?

– Я не знаю,– вздохнула она. – Я же всего лишь прислуга.

–Ты этого не заслуживаешь, – улыбнулся он, погладив ее ладонь.

– Мне надо заработать денег, чтобы вернуться домой, – повторила она часть легенды. – Нейрад уехал обратно в Дарнейт, я отказалась ехать с ним. Теперь мне только самой.

– А тебе не хочется остаться здесь?

Лейт пожала плечами.

– Мне нравится Эргалон, – честно призналась она. – Но он совсем другой. Слишком уж непривычно. Я очень соскучилась по Улле, – голос ее дрогнул. – Как только накоплю денег – поеду обратно.

Глядя, как хитро улыбается Аррейн, она в очередной раз задумалась, что именно толкнуло ее на эту авантюру с Риан Ал Джаром – то ли отчаяние после такой неожиданной и бессмысленной гибели Жевра, то ли мучительное отвращение к Нейраду, то ли гипнотизирующий, просящий взгляд Холгойна. Сейчас бы она, наверно, не ринулась бы в эту опасную авантюру, скорее бы устроилась служанкой где-нибудь в Дарнейте, ничего страшного, оказывается, в этом нет. Дождалась бы отца или брата, или, на худой конец, сама накопила бы денег на то, чтобы вернуться домой.

– А ты не торопись, – сказал Аррейн, глядя на нее ласково. – Сейчас не лучшие времена для Эргалона, но будет время, когда все изменится. Подожди до весны.

До арраса оставалось еще много времени, но Лейт переоделась заранее – ей нужно было привыкнуть к новой одежде и помочь Кианейт с туалетом. Откровенное платье, распущенные волосы, обнаженные лодыжки и плечи – здешние порядки изрядно шокировали, Лейт стоило невероятных усилий преодолеть вбитую воспитанием сдержанность. И все же отражение в зеркале ей нравилось, несмотря ни на что. Она поправила талисман, для которого Аррейн подарил ей изящную серебряную цепочку. Тогда, в день знакомства, он был на ней и принес ей удачу. Она теперь всегда носила его на шее, не снимая даже ночью. Поначалу ей было очень страшно – ей казалось, что истинные намерения отражаются у нее на лице, но дни текли, полные забот, и она постепенно успокоилась, убедившись, что никому в голову не приходит ее подозревать. И все же… Даже с Аррейном она старалась не откровенничать, хотя ей очень хотелось ему довериться.