– Следует ли воспользоваться этой возможностью?

– Глупо было бы ее упустить!

– Я тоже так думаю. Прошу вас, укройтесь в беседке за усадьбой…

Риальто вышел на переднюю террасу навстречу Занзелю, тотчас же разразившемуся возмущенными протестами в связи с пропажей звездоцветов.

– Вы совершенно правы! – откликнулся Риальто. – Это беспардонное хищение совершено по велению Ильдефонса. Проследуйте за мной в беседку за усадьбой, и я возмещу нанесенный ущерб.

Занзель прошел к беседке за усадьбой, где Ильдефонс привел его – точнее, ее – в бесчувственное состояние «Заклятием внутреннего одиночества». Ладанк, камердинер Риальто, отвез обмякшее тело Занзеля на тачке в сарай садовника.

Ободренный первым успехом, Риальто снова вышел на переднюю террасу и подозвал жестом Барбаникоса; тот последовал за Риальто к беседке за усадьбой, и его постигла та же судьба, что и Занзеля.

Так же обстояло дело и с Ао Опалоносцем, Нежнейшим Лоло, Хуртианцем и другими, пока на лугу не остались только сохранившие рассеянность даже в женственном варианте Вермулиан и Дидактор Чамаст – они не обратили внимания на призывную жестикуляцию Риальто.

В белом клубящемся вихре на луг внезапно спустилась Ллорио-Мюрте. На ней было белое платье до колен и серебряные сандалии, ее волосы стягивал черный обруч. Она о чем-то спросила Вермулиана; тот указал на Риальто, стоявшего на террасе усадьбы Фалу́.

Ллорио медленно приблизилась. Из беседки вышел Ильдефонс. Увидев Белую Ведьму, он храбро протянул к ней руку и провозгласил удвоенное «Заклятие внутреннего одиночества». Заклятие отразилось от ведьмы и вернулось, поразив Ильдефонса, – тот оцепенел и упал навзничь.

Ллорио-Мюрте остановилась:

– Риальто! Ты заманил в западню мою свиту. Ты украл мои магические самоцветы. Теперь ты отправишься со мной на Садаль-Сууд, но уже не в качестве ведьмы, а в качестве лакея, выполняющего самую унизительную работу, – таково будет твое наказание. Ильдефонса ожидает не лучшая судьба.

Из усадьбы Фалу́ вышел Каланктус. Весь в черном, он остановился на крыльце. У Ллорио отвисла челюсть, ее плотно сжатые губы раскрылись.

Ллорио хрипло проговорила:

– Как ты здесь оказался? Как ты вырвался из треугольника? Как… – Она замолчала, словно поперхнувшись, и с испугом уставилась в лицо Каланктусу. Наконец она снова обрела дар речи:

– Почему ты на меня так смотришь? Я не нарушала обязательства и теперь возвращаюсь на Садаль-Сууд! Здесь, на Древней Земле, я сделала только то, что требовалось сделать, а вот ты нарушил наш договор!

– Я тоже сделал то, что требовалось, и теперь это придется сделать опять, ибо ты заколдовала мужчин-чародеев, чтобы превратить их в ведьм, и тем самым нарушила великий закон, согласно которому мужчине суждено быть мужчиной, а женщине – женщиной!