– Не воспринимай это как критическое или презрительное замечание, но может ли быть, что ты пристрастился к выпивке?

– Даже если и так, что с того? – проворчал Ошерль. – Мне пришлось долго ждать. Для того чтобы чем-то развлечься, я стал приготовлять настойки из различных ингредиентов и продавать их жителям поселка.

– Почему же ты не стал производить раскопки, чтобы найти Персиплекс?

– Разве это нуждается в объяснении? Если бы я этим занялся и ничего не нашел, я снова навлек бы на себя бесконечные упреки. Поэтому я предпочел не проявлять инициативу.

– А наши конкуренты – если можно так выразиться – проявляли какую-нибудь инициативу?

– Мне никто не причинял никакого ущерба.

Риальто расслышал в ответе инкуба едва уловимую уклончивость, выразившуюся в тщательном выборе слов, и резко спросил:

– Появлялись ли здесь, в каком-либо виде, Сарсем или Хаш-Монкур?

– Они не принимали никаких существенных мер. Они прекрасно понимают, что мы заняты важным делом, и даже не подумали бы вмешиваться.

– В самом деле? Им не пришло в голову, например, что они могли бы сотворить шахту – скажем, на расстоянии пятнадцати километров – и проделать ведущий сюда горизонтальный туннель, чтобы незаметно стащить Персиплекс у тебя из-под носа?

– Невозможно! Меня не так легко обвести вокруг пальца. Я установил устройства, сигнализирующие о любых попытках проникновения – темпорального, торсионного, сотрясательного или размерностного. Персиплекс остался там, где был.

– Превосходно. Значит, ты можешь начать раскопки сию минуту.

Ошерль устроился поудобнее в кресле, стоявшем на крыльце.

– Прежде всего следует учесть важнейшие обстоятельства. Участок, под которым погребена призма, принадлежит некоему Ум-Фоаду, жителю заметного отсюда поселка Аз-Хаф. С ним придется договориться, прежде чем мы воткнем лопату в землю. Предлагаю вам посетить этого землевладельца и согласовать с ним условия производства работ. Не забудьте, однако, одеться примерно так, как здесь одеваюсь я, иначе вас поднимут на смех.

Изменив костюмы в соответствии с рекомендациями инкуба, Риальто и Шалуке направились в Аз-Хаф – исключительно опрятный поселок из безукоризненно выбеленных небольших домов, окруженных посадками гигантских красных подсолнухов.

Риальто расспросил прохожего, указавшего им на дом с окнами, застекленными голубыми панелями, и с крышей, выложенной голубой же черепицей. Риальто остановился на улице напротив входа, не заходя в проход между плотными зарослями подсолнухов. Ему пришлось несколько раз звать хозяина, прежде чем на крыльцо вышел Ум-Фоад – белобрысый коротышка с проницательно бегающими глазами и роскошными усами, закрученными вверх на концах. Он громко и неприязненно спросил: