Архивёльты решили открыть ответный огонь. Из трех открывшихся амбразур одновременно вылетели три заклятия, перехваченные звездоцветами Моррейона, на мгновение вспыхнувшими ярким пламенем.

Моррейон сделал три шага вперед и указал пальцем на за́мок. Поток энергии ударил в дверь из осмия. Она затрещала от жара и задрожала, но выдержала.

Моррейон указал на казавшуюся хрупкой поверхность розового перламутра; поток энергии обогнул ее и был растрачен впустую.

Моррейон указал на каменные опоры за́мка. Они разлетелись в куски. За́мок дрогнул, перевалился набок и покатился вниз по уступчатому склону скалы. Покрываясь трещинами и разламываясь, огромная жемчужина перескакивала с уступа на уступ и плюхнулась в Ртутный океан, где ее подхватило течение, – за́мок плыл в открытое море, как разбитая скорлупа. Из трещин в перламутровой поверхности выбирались наружу и карабкались наверх архивёльты. Наконец их собралось слишком много на вершине плывущей сферы, и она перевернулась, сбросив архивёльтов в мелкое ртутное море, доходившее им до бедер. Одни пытались пройти по дну и выскочить на берег, другие плыли на спине, загребая ртуть руками. Порыв ветра подхватил треснувшую розовую скорлупу – она покатилась по серебристой поверхности ртути, разбрасывая оставшихся в ней архивёльтов, как крутящееся колесо разбрасывает капли воды. С прибрежных скал вспорхнула стая музоргских гарпий – подхватывая ближайших архивёльтов, они тут же заглатывали их целиком. Другие архивёльты позволили течению отнести их в открытый океан и постепенно пропали в серебристых далях.

Моррейон медленно повернулся к земным чародеям. Лицо его посерело.

– Фиаско, – бормотал он. – Все это ни к чему.

Тяжелыми шагами он возвращался к летучему дворцу, но, не дойдя до мраморных ступеней, неожиданно остановился.

– Настоящие виновники? Что он имел в виду?

– Попытка ввести в заблуждение, больше ничего, – отозвался Ильдефонс. – Давайте пройдем в павильон и освежимся прохладным вином. Возмездие свершилось. И теперь… – Его голос замер – Моррейон уже поднимался по ступеням. Один из ярких синих звездоцветов поблек. Моррейон резко выпрямился, словно от острой боли в спине. Развернувшись на месте, он переводил взгляд с одного чародея на другого.

– Я вспомнил одно лицо – лицо лысого человека с черными бакенбардами. Это был дородный субъект… Как его звали?

– Все это в далеком прошлом, – сказал дьяволист Шрю. – Лучше об этом забыть.

Потускнели оставшиеся ярко-голубые звездоцветы: в потухших черных глазах Моррейона снова зажглись искры.

– Архивёльты напали на Землю. Мы их победили. Они молили сохранить им жизнь. Это я помню… Главный чародей требовал, чтобы они раскрыли тайну происхождения звездоцветов. А! Как его звали? У него еще была привычка дергать себя за бакенбарды… Другой – красавец, расфуфыренный, как попугай (его лицо появилось у меня перед глазами), предложил главному чародею… А! Теперь все ясно! – Голубые звездоцветы тускнели один за другим. Лицо Моррейона засветилось, словно охваченное белым пламенем. Поблек последний голубой звездоцвет.