Взгляд человека, находящегося в безмолвном покое, говорит о том, что всё происходит так как он видит. Молчание его вовсе не означает бессловесность или вакуум, пустоту. Рождение всегда означает движение. Это Ты говорит он – это твоё Я, рождённое Тобой. Настолько насколько Ты прекрасен на столько прекрасен и ОН. Это не поклонение и не философия, это мироздание внутреннего бытия. Проникнуть туда и ясно увидеть даётся только некоторым, которые избрали свободу и независимость от сущности материального мира господина. Это невозможно потрогать руками, пересказать словами – это внутренне рождение здесь и сейчас. Это выбор осознанного и каждому человеку дано это право движения. В принципе на всех уровнях, будь то в божественном мире или земном, заложено Единое Начало.

Чем ближе они приближались к противоположной стене, тем всё сильнее и настойчивее снизу бил молот. Пол под ногами дрожал и гудел как гигантский колокол, эхом отражаясь в этом огромном куполе. Александр чувствовал непреодолимый ужас, который постепенно снизу пробирается по нему, буквально захватывая его целиком. Ноги уже были ватными и плохо слушались, но он ещё больше боялся остановиться, хоть на мгновение. Они подошли к противоположной стороне Зала, перед ними возвышались не двери, а огромные, уходящие куда-то вверх Царские Врата. Молот бил как иступлённый, пытаясь снизу прорваться наружу. Всё вокруг гудело, грохотало, скрежетало. Александр уже ничего не понимал и не чувствовал, он впал в некое состояние абсолютной прострации. Врата сами перед ними медленно открылись. Снаружи Александр увидел знакомую с детства улицу, на противоположной стороне сад за оградой и свой дом, он не мог поверить в происходящее. Это получается, что они сейчас стоят в парадной дома, где живёт Михаил? Но как они здесь очутились, они же шли совсем в противоположную сторону…?

Как только они переступили порог Врат и вышли на улицу, так сразу наступила оглушительная тишина. Они вместе пошли через улицу к саду и тут Александр услышал где-то наверху еле слышный звон колокольчиков. Дойдя до противоположной стороны улицы Александр остановился у ограды и заметил, что рядом нет Михаила. Он обернулся назад, Михаил стоял один как тень в темноте посередине улицы. Над головой высоко-высоко Александр уловил еле слышный высокий женский или детский голос:

««Динь—динь—динь,

динь—динь—динь!» —

Звон бокалов звенит…

С молодою женой

Мой соперник стоит!»

Александр услышал в себе где-то в груди некий голос, который спокойно и даже буднично заговорил с ним. Но этот его голос был слышен, как казалось Александру повсюду, и над его головой, и из-под земли. Александр видел, чувствовал, что Михаил тоже слышит этот голос, его голос в молчании.