Скорее во мне говорит некий опыт общения с теми, кого я понимаю. Мы, наверное, слишком упрощаем поступающую к нам информацию, а хотим говорить при этом о возвышенном.

– Ты начал уже подбирать слова, это говорит о том, что ты потерялся.

Я понимаю, что ты подводишь меня к главным вопросам – для кого мой фильм, зачем я его снимаю?

– Вот видишь, ты сразу нашёлся.

Ну что ж я могу ответить тебе? Послушай, какая странная ситуация получается, я беседую с фильмом, который ещё не снял. Более того, я должен понять значение того, чего нет.

– А чему ты удивляешься, что в вашем мире не странно, если приглядеться? В этом суть мироздания, ты сам об этом говорил.

Все собрались. Готовы. Я всё всем объяснил. Что они поняли для меня загадка, а по большому счету, вообще не интересует. Я просто возьму всё, что посчитаю нужным из сделанного и буду смотреть, а потом составлю визуальный рассказ. Человек взбирается на холм. Суть в том, что он по—прежнему убеждён, что с холма можно перейти на небо. Просто продолжая движение наверх, а не спускаясь вниз. Он уже бежит, задыхаясь, испытывая при этом необычайный восторг. Мы за ним наблюдаем, равнодушно или с любопытством, каждый что-то о своём думает. Иногда пытаемся сосредоточиться над тем, что происходит на экране.

– Есть ли связь между идеями съёмки и просмотра?

Он хочет нам объяснить, что полёт неизбежен, или он затруднён.

– Что же он хочет нам показать? К кому он конкретно обращается? О чём он кому говорит? Не есть ли это разговор с самим собой?

Мы считаем, что таким образом способны передать свои ощущения. Нам, почему-то важно не только что-то самому пережить, но, и чтобы остальные узнали об этом.

Вот оно главное – узнали!

Наше общение между собой сводится лишь к воспоминанию уже пройдённого – узнаванию, иначе для нас этого практически не существует. Зачастую, понимаю – означает, что я это уже где-то видел или, что-то подобное слышал.

– Это мой ответ тебе на главный вопрос – зачем.

Я беседую с тобой о тебе, потому что ты ближе всего находишься к себе. Только в этом случае Я могу говорить без посредников.

– Так сказать, из первых уст.

Я снимаю фильм, соответственно обращаюсь к фильму, как к непосредственному своему собеседнику, то есть, как это ни странно звучит, непосредственно к фильму. Хотя, как можно обращаться к тому, кого пока ещё нет? Да даже если бы и был, то кем же он является в таком случае?

– Ты хочешь сказать, что я чем-то отличаюсь от тебя, я другой – не такой как вы?

Получается, что в своём вопросе я уже это предположил. Выходит, именно так.