– Спасибо.

– Есть кое-что, о чем нам нужно поговорить.

Уильям кивнул и внимательно посмотрел на Даниэля.

– Кейт.

– Да, – сказал он со вздохом. – Она не в безопасности среди себе подобных, а мы не можем продолжать сторожить ее дом и преследовать ее повсюду. Так мы только разоблачим и себя и ее.

– Знаю. И это моя вина, прости.

– Ничьей вины здесь нет, Уильям. Увы, мы не хозяева своих эмоций, но их рабы. – Оборотень сделал вдох, затем резко выдохнул. – Буду честен с тобой, я беспокоюсь о том, какие решения ты можешь принять в отношении Кейт и о том, как они могут повлиять на нас.

Боль пронзила грудь Уильяма; прошлое вновь захлестнуло его с головой. Он провел рукой по лицу и горько вздохнул.

– Кейт важна для меня, Даниэль, и я не хочу, чтобы с ней случилось что-то плохое. Но я не отвернусь от вас только ради нее. Я поговорю с ней, расскажу ей все и постараюсь донести до нее всю серьезность положения. Надеюсь, она поймет или, по крайней мере, сможет принять это. Если же нет, если она станет угрозой безопасности для наших семей, я сам положу этому конец.

– Ты уверен?

Уильям без колебаний кивнул, и его взгляд был искренним.

– Я все это начал и закончу, если понадобится. Клянусь тебе!

– Когда ты поговоришь с ней?

Уильям повернулся к окну, увидев, как загжигаются первые звезды. Оставалось немного, и нервозность начинала овладевать им.

– Сегодня ночью. Тянуть дольше нельзя.

– В таком случае мне больше нечего тебе сказать. Я доверяю твоему здравому смыслу и верю, что ты справишься. – Даниэль подошел к другу и положил руку ему на плечо. – Я уверен, что все будет хорошо, в этой девушке есть что-то такое, что располагает к ней.

– Надеюсь, ты не ошибаешься, – прошептал Уильям.

43

43

Уильям припарковал свой внедорожник в конце улицы. Он проверил адрес по навигатору и посмотрел на дом. Освященная фонарем цифра 17 блестела на стене. Несколько мгновений он осматривал местность. Дома с участками вокруг были огорожены низкими деревянными изгородями и напоминали лоскутное покрывало. Стояла абсолютная тишина.