— Вам смешно, а я в жизни не видела настолько густой и жуткой тьмы!

— Самый страшный зверь, причем как во тьме, так и при свете дня — это человек… — заявила Шахова. — Само собой, не каждый первый, а правильно подготовленный. Самый страшный зверь Багряной Зоны — Баламут, а он, как ты, наверное, догадываешься, за тебя. Какой вывод из этого следует? Бояться должны не мы, а нас!

— Я, вроде, не очень страшная… — снова справившись с собой, пошутила Ярина, а через считанные мгновения решительно тряхнула головой и чуть не потеряла кепи: — Все, я в порядке. Готова двигаться дальше. И… спасибо за поддержку…

…В следующий раз Ярине поплохело уже в лесу, буквально метрах в пятидесяти от опушки. Очередная остановка, касание руки и шип, «вбитый» в магистральную жилу, заставили меня подобраться: этот страх был не такой, как предыдущие. Вот я снова к уху и потянулся:

— Что тебя пугает сейчас? Только честно!

— Я здорово перетрусила, и теперь мокрая, как мышь. А ты говорил, что запах пота может привлечь зверье… — без каких-либо колебаний сообщила она, в глубине души сгорая от стыда и чувства вины.

— Открою страшную тайну: первый проход по «тропе» вызывает точно такую же реакцию у десяти из десяти «внешников». Поэтому я уже веду вас к небольшому озерцу. Скажу больше: мы будем там от силы минут через пятнадцать, и ты сможешь как следует помыться.

— Ночью? В озере?! Одна?!!!

— Почему одна? — притворно удивилась Лариса Яковлевна. — Я тоже хочу ополоснуться!

Этот ответ Ярину не успокоил, и она сжала мое запястье:

— А-а-а насколько далеко будешь ты?

— Метрах в четырех, может, в пяти. Встану спиной к вам и не повернусь, пока не разрешите.

Представив себе эту картинку, девушка нервно прыснула:

— Даже не знаю, что меня пугает больше, смерть от страха или от стеснения.

— Попроси Баламута смотреть на тебя одним глазом! — преувеличенно серьезно посоветовала Язва.

— Одним не интересно! — на автомате отшутилась Долгорукая, затем заявила, что разберется на месте, решительно отпустила мою руку и вдруг предложила рвануть к озеру в нормальном темпе, то есть волчьим шагом и на крыльях ветра. Мол, все равно надо когда-нибудь начинать, а сосредоточение на создании плетений не позволит думать о чем-либо еще.