Демон и вовсе проявлял чудеса ловкости, конечно же, легко объяснимые для меня и для магистра, знающих тайну Мелихаро. Но приходилось беспокоиться, не заподозрит ли неладное Искен – от существа столь плотной комплекции никто не ждал бы особо выдающнейся прыгучести. При других обстоятельствах, более располагающих к наблюдениям, любой сведущий чародей опознал бы в бывшем секретаре создание несомненно бесовской природы, поэтому следовало благодарить судьбу за то, что она загнала нас именно в такую дыру – тошнотворно тесную, омерзительно темную и чертовски неудобную.

Медленно мы продвигались вперед, прислушиваясь к шорохам и плеску – казалось, где-то неподалеку кто-то опасливо выныривает из темной, застоявшейся воды, чтобы так же настороженно прислушаться к нашим шагам.

Вскоре мы очутились перед завалом из камней, преодолеть который не смогли бы – тропа, казалось, обрывалась здесь. Я почувствовала, как сердце от страха превратилось в ледяной ком – что за ужасная судьба ожидала нас, похороненных заживо в этом темном подземелье? Однако голос разума подсказывал, что ход не мог так просто оборваться, и мы принялись ощупывать все камни в поисках тайного прохода. Удача улыбнулась магистру Леопольду – он прищемил себе ногу, однако за упавшим камнем обнаружился лаз – настолько тесный, что больше походил на звериную нору. Но деваться было некуда – один за другим мы протиснулись в темную дыру и поползли, извиваясь точно ящерицы. Бедняга Мелихаро несколько раз застревал и магистр Леопольд оказался настолько самоотверженным, что разрешал демону цепляться за свои ноги – хоть и стонал при этом точно роженица.

– Здесь просто смердит гоблинами, – громко прошептал Мелихаро после очередной подобной неприятности.

– Тоже мне еще новости! – пренебрежительным тоном отозвался Искен, доселе ползший с исключительным молчаливым достоинством.

– Нет, я имею в виду то, что мы приближаемся к их большому скоплению! – с досадой промолвил демон. – Чертова прорва гоблинов неподалеку, вот что я хочу сказать!

– Отчего же не слышно их писка и визга? – осведомился Искен. – Только не говорите, что они соблюдают правила приличия при своем короле! Не желаю слышать больше этой чуши. Король гоблинов, князь крыс, император клопов!..

Однако я заметила, что чародей стал прислушиваться и двигаться тише, да и Леопольд сменил стоны на шипение и утробное гудение.

Мне начинало казаться, что нора никогда не закончится, однако Искен вдруг остановился так резко, что я ткнулась носом в подошвы его сапог.

– Тут просторно, – тихо сказал он, немного попятившись. – И мне кажется, что дальше есть обрыв. Выбирайтесь за мной как можно тише.