— Да плевать!

— Нет, Борода, — сказал он серьезно. — Ладно, еще я один только, но я там сам за человека впрягся. И его обещали обменять вместе со мной. Если бы я не просил, возможно, его и так отпустили бы, но теперь, если я не вернусь — ему конец.

— Веня! Веня! — затормошил товарища Борода. — Да опомнись ты. Плюнь на это да разотри! Он тебе кто???

— Нет, Борода, — Веник посмотрел товарищу в глаза. — Не смогу я после этого жить. Вон, Фил, — Веник кивнул на покойника. — Видишь, сколько он в себе носил это. Какой груз жег ему душу. Теперь ты хочешь, чтобы я также… Всю жизнь в себе грех носил?

Борода отпустил руку парня. В этот момент дверь комнатки открылась, и в комнату заглянул Рашевский.

— Ну как вы тут? Пора уже, — он пристально посмотрел на Веника.

— Ладно! — решительно сказал Борода. — Только если этот обмен будет, то я сам пойду тебя менять!

— Э, нет! — живо возразил ему Веник. — Не хватало еще, чтобы ты там дров наломал!

— Только так! Иначе никуда не пойдешь!

— Да что ты как баран!!! Не вздумай! Не доверяю я бандитам. Если что не получится, я сам вывернусь, а ты не вмешивайся. Очень тебя прошу! А один я выкручусь! Обещаю!

Веник вышел из комнаты и пошел по залу станции вместе с советником.

— Я вас очень прошу, придержите этого идиота, не пускайте, иначе он во время обмена наделает дел.

— Хорошо, — серьезно кивнул советник.

Они снова вернулись в комнатку к Коменданту и Заместителю. За ними следом зашел Борода, который с мрачным видом встал у двери.

— Значит так, — сказал Комендант. — Сейчас с тобой пойдет он, — кивок на круглолицего заместителя. — Он переговорит с бандюками. Постарается привести их сюда.

— А сюда-то зачем? — спросил Веник.

— Так будет лучше. Да и мы на них посмотрим, что за гуси.

— Так что идите, — сказал советник.

— Стойте! — в голову Венику пришла новая мысль. — А почему Заместитель со мной идет. Может не надо его? В смысле, что он многое знает и если бандиты, ну схватят его, они могут что-то выпытать.

— Все нормально, не волнуйся, — комендант похлопал парня по плечу, но не сказал, на чем основывалась его уверенность.