Улыбка Северина стала ещё шире.

«Нет. Я на неё не поддамся, какой бы обворожительной она мне ни казалась».

Во взгляде и движениях Северина скользило что-то хищное.

«Теперь у него не получится ничего скрыть».

– Как печально, – сочувственно сказал он. – Придётся устроить ему сегодня особенно тяжёлую тренировку. – Он выпустил из руки сигарету и придавил её носком ботинка. – Какая досада, что ты увидела нас вместе. К сожалению, я не могу допустить, чтобы Квинн об этом узнал. У меня на него другие планы.

«Это я уже поняла. Глупо стоять и пялиться на сладкую парочку – не слишком-то удачная тактика. Им-то точно всё равно, какая я – умная или не очень».

Я осторожно попятилась к двери.

– Может, немного укоротишь свои планы, Северин? – спросила Жанна, сделав особое ударение на слово «планы». – Доверительные отношения между вами уже установились. Пришло наше время вступить в игру.

Северин задумчиво покачал головой:

– Не люблю забегать вперёд. – Он вытащил руку Жанны из-под своей футболки и прижал её к губам. – Но обещаю об этом подумать. Позаботишься о девчонке?

Жанна вздохнула, выдернула руку из ладони Северина и повернулась ко мне. Она двигалась как в замедленной съёмке, и это пугало меня ещё больше. Я пыталась представить, насколько молниеносными и проворными могут оказаться её следующие шаги. Вдруг она сейчас в меня вцепится. Сомнений быть не могло – именно это Жанна и задумала.

– Без проблем. Могу сбросить её с крыши. Отличное завершение несчастной любви.

«Да, неплохой план. С расплывшейся тушью даже прощальное письмо сочинять не придётся. С другой стороны, если шмякнуться с такой высоты на асфальт, никакую тушь никто разглядеть уже не сможет».

Весело рассмеявшись, Северин притянул к себе Жанну и страстно её поцеловал. Моё тело приняло самостоятельное решение – надо воспользоваться этой возможностью. Оно без моего приказа отпрыгнуло обратно на лестницу и захлопнуло за собой дверь. Мозг едва успел сообразить, что происходит, кажется, в нём включился режим выживания. Я схватила костыль, стоявший у стены, и заблокировала им дверь. Сколько продержится моя баррикада, я не имела понятия и как можно быстрее, перескакивая через ступеньки, побежала вверх по лестнице. Я слышала, как затряслась дверь, но стук моего собственного сердца был настолько громким, что заглушал всё остальное, даже звук моих шагов, который, наверное, разносился по всему зданию.

На удивление быстро я добежала до третьего этажа, затем до четвёртого. Я запыхалась и еле дышала, перед глазами всё плыло, но ноги продолжали топать по ступенькам, не сбиваясь с ритма. Чем выше я поднималась, тем радостнее становилось у меня на душе.