От ледяной, неторопливой уверенности чудовищного союзника хотелось оказаться как можно дальше. Как и от изоморфа, отвечающего на вопросы инсектоидов. Когда многочисленные, разбросанные, как у медузы, конечности Ирта стали медленно собираться, сворачиваться к центру, под телом поднялся сгенерированный по приказу маршала ложемент. Не похожий на обычное человеческое кресло: невесомое плетение символов, издалека как сплюснутый стог полевых цветов. Даже красиво.

У инсектоидов престранные эстетические представления. Любовь к суровой простоте, отталкивающим деталям и сочленениям уживалась со страстью к мелким штукенциям. Рисунки, веревочки, цветные браслетики, листочки и лепесточки украшали инсектоидов и легко превращались в смертоносное оружие.

Ирт Флаа стал восстанавливаться далеко не сразу. Его тело обессилело настолько, что, видимо, не подчинялось воле. Или воля оказалась изорвана, как и форма. Тим следил за изменениями изоморфа завороженно и с неприятной тревогой. Отошел как можно дальше и от ложемента, и от МихМиха, замершего, как отлитая из металла статуя. Рядом с маршалом возвышались два инсектоида, такие же забронзовевшие, как их лидер. Парализованных тараканов унесли. Пространство вокруг и звездная карта, смещенная к дальней стене, — все выглядело фоном к групповому портрету чудовищ. Чага внутри жалобно ныл, не в силах видеть Хозяина таким беспомощным… И Тим запихнул второй «я» как можно поглубже и старался не думать о дрожи, накрывавшей тело волна за волной. О крови, в которой гуляла наркотическая жажда.

— Движение не рекомендуется, — грохнул МихМих.

Вполне узнаваемое тело Ирта вытянулось вдоль рисованной плоскости и выглядело тяжелым, странно безвольным. Плетения его капюшона помертвели, их цвет из багрового стал коричневым с черными продольными росчерками. Глаза не появились, словно и не было никогда.

— Планета Утраз не атаковала Орфорт, Ирт Флаа. Федерация не объявляла войну твой планете. Тебе придется поверить, изоморф. И мне нужны ответы.

Повисло молчание. Все по-прежнему оставались неподвижными, только Тим осторожно переступил с ноги на ногу, не зная, чего ожидать дальше, и стараясь подготовиться к худшему.

— Ты врешь, тварь, — жарко прошелестел изоморф. — Даже офуру не скрыть свою сущность, а нутро таракана мне знакомо до клетки.

Пауза тянулась очень долго. Звенела от напряжения. Или звенело в ушах от тоски и кровяного давления.

— Храбрейший СимРиг погиб на Земле. Его горячий прах остался рядом с Иртом Флаа. Доблестный СерКин погиб на Луне. Ирта Флаа уже не было рядом. Другая причина смерти. Вечной памяти роя СимРигу и СерКину. Но нет оснований для уничтожения Орфорта. Рой Смены Погоды говорит — к нашим границам движется буря. Мне нужны ответы, изоморф.