"Да, заметил. Ты как-то разошелся, смотрю. Пока я концентрировался на гостях." — мысленно улыбаюсь.

"Это интересно, но им правда интересна история."

"Вспомни, как Анки и Настя ждали сказок. Похоже сейчас развлечения бедноваты на сюжеты. Даже в виде рассказов. А тут мы, с романтическим ореолом, потом несчастный покинутый Мстислав, которого не грех и утешить, и разные страны, о которых хоть услышать, если не побывать. Комбо, практически. Так что продолжай. Хотя уже нет, там дарования сейчас начинают."

— Ох, заговорились мы с вами, девушки, давайте переместимся чуть ближе к литераторам. — улыбаюсь. — Обязательно дорасскажу в перерыве.

Легкое почти появившееся недовольство испаряется само собой.

Литературные чтения будто сходят с картины. Молодые дарования все, как один, с какими-то галстуками, странными сюртуками или неожиданными другими частями одежды. Видимо, это что-то вроде моды.

— Что это с ними? — спрашиваю Елецкого. Киваю на литераторов.

— Да сегодня у нас Пешков тут. Издатель. Из народа сам, и авторам очень прилично платит. — Мстислав кивает на крепкого, смутно знакомого мужчину. — Так что жди, разойдутся совершенно. Да еще и Бальмонт будет, тот тоже на слово остёр. Но может и поспособствовать известности.

— И часто у вас такое?

— Литературное? Нет, раз в месяц-два. Но после чтений часто кто-то печатается, так что желающих много.

Киваю и готовлюсь вникать в нынешние течения литературы.

Следующий час проходит довольно уныло. Ничего не понимаю в такой поэзии.

— Смотрю, твой гость заскучал. — Обращается к Мстиславу невысокий худой мужчина лет сорока. С бородкой и усами, как у дон Кихота, что вызывает у меня улыбку.

Смотрю на него другим зрением. Но нет, никаких следов одаренности. Однако, Мстислав общается уважительно, да и вокруг чувствуется такое же отношение.

— Кирилл, Это Константин Дмитриевич Бальмонт. Кирилл Олегович Высоков. — знакомит нас друг с другом.

— Не в коня корм, — говорю посмеиваясь. — Для меня слишком тяжелые образы, извините.

— За что? — пожимает плечами новый знакомый. — Так и есть. Но иногда бывают брильянты. Но, может, Вы не любите стихи?

— Думаю, все же люблю. Но, к сожалению, я довольно толстокож, так что мне и стихи довольно простые нравятся.

— Может поучаствуете? — тут же берет меня в оборот поэт.

— Думаю все же нет. Я не поэт. Вот историю могу рассказать, это конечно. И еще сказку. А вот рифмованные строки не доводилось складывать.