— Павел, прекрасно, что ты пришел. Не ожидала уже. Остальные то твои братья будут позже, и только ты не обещался. — мама Мстислава действительно рада. Похоже у них в семье довольно теплые отношения.

Тут же переключаюсь на другое зрение. Воздух. Без вопросов, как с Елизаветой. Серая плотная взвесь, как торнадо, очень похожая на образ Буяна. И примерно такого же объема. Качаю головой на взгляд Мстислава.

— Павел, позволь представить нашего гостя, виконта Высокова, Кирилла Олеговича. — княгиня с удовольствием представляет меня сыну. — Кирилл, это мой средненький. Павел Алексеевич. Офицером стал. Пусть и жандармерии.

— Матушка! — возмущается Павел.

— Павел Алексеевич, у меня нет предубеждения к Вашему роду службы. Более того, я наоборот считаю, что офицером жандармерии может стать только человек с высокими моральными принципами*.

— Неожиданно встретить понимающего человека в литературном клубе. — улыбается княжич. — Но удача встретить еще и именно Вас здесь. К Вам послали специального курьера, но, видно, он вернётся обратно. Это будет новостью для всех дня через полтора. Минуту времени, хорошо?

— Лизавета, побудь с гостями, Мстислав, помоги сестре. Я через пару минут буду.

Обмениваюсь взглядами с Елецким-младшим, чуть пожимаю плечами, и слегка киваю головой.

Повеселевший Мстислав, берет под руку сестру и идет к гостям.

Инквизитор тоже идет в ломберную, но немного притормаживая, что бы меня перехватить около входа.

— Матушка, сразу после развода со службы, я примчался сюда. Сегодня бароны остзейских территорий, Миттавы, Риги и Ковно объявили, что они, следуя неоднократным просьбам жителей выходят из состава Империи и создают свое государство. Этот порыв поддержали в Варшаве, и там тоже начались волнения. На удивление, население их не поддержало практически. Но на территорию Империи были совершены несколько попыток вторжения со стороны земель Германского порядка. Попытки были отбиты без потерь с нашей стороны. Внезапно, около этих городов оказались заранее размещенные части военных. Так же как и на границе. Германцы прислали уверения, что не знают ни о какой попытке вторжения. Мы делаем пока вид, что поверили. Но ты сама понимаешь, что это значит в небольшой перспективе.

— Наши поместья пострадают?

— Думаю да. Продать мы не успеем, но можно успеть вывести людей ближе к крепостям.

— Этим твой брат займется. Благодарю, Паша, ты много наших поселенцев уже спас. — оборачивается ко мне. — Вот не было печали. Кирилл, у Вас там шахты. Видимо поэтому жандармы посылали к Вам курьера.