– Раз, – кричал тот, и топоры обрушивались на ствол. – Два, – топоры рубили снова. Другие же работники, обвязав веревкой дерево тянули в нужном им направлении. После сруба, от лежащего дерева отделяли ветки и куда—то уносили на специальных для этого сделанных приспособлениях в виде длинной телеги, а вместо животных ее тянули десять человек.

Лагерь раскинулся на большое расстояние примерно около мили. Похоже солдаты Имильцев старалась расположится вдоль границы.

Как только часовые увидели вождя сразу же побежали кому—то доложить. Через несколько минут, они возвращались с человеком, что старался поспевать за молодыми воинами, однако большой живот и тройной подбородок мешал этому.

– Приветствую вождя Армонца и его сына Хормиуса, – льстиво промолвил человек и низко поклонился. Его живот коснулся земли и оказался в пыли. Человек быстрым движение руки вытер отъеденное брюхо, чем вызвал брезгливость на лице императора.

– Ты что, не видишь, кто перед тобой стоит? – закричал вождь Армонц, вскакивая с коня и наступая на толстяка. Тот округлил глаза, не понимая, что с него хотят и в чем он виноват.

– Почему ты в неподобающем виде предстал перед императором Алатарианской империи, его сыном – наследником трона и королем подземного мира Ирдис? – вождь поднял руку вверх, замахиваясь тыльной стороной ладони. Человек прикрылся руками и втянул голову в плечи.

– Простите, простите, я не знал, – завизжал он, как поросенок, тройной подбородок подрагивал в такт движениям губ.

– Быстро оденься, ты не у себя в деревне, что можешь ходить до пояса нагой и трясти жирным чревом, – крикнул Армонц, сжимая кулаки. – Оденься, приведи себя в подобающий вид, а затем придешь на доклад, – закончил отчитывать его вождь.

Человек откланялся и быстро, насколько мог, побежал к небольшой палатке. В лагере таких имелось совсем мало, а если точнее, двадцать три. Они предназначались для лекарей, шаманов, друидов и тех, кто командовал солдатами.

Вождь подошел к спутникам.

– Простите этого невежду, – он махнул в направлении, куда убежал толстяк. – Его вид желает лучшего, однако его ум противоположен его внешности, при войне племен он выиграл больше битв, чем кто-либо, его зовут Зимбао, и он – капитан моей армии, – объяснил Армонц, пытаясь хоть как-то оправдать своего человека.

Не прошло и десяти минут, как капитан Зимбао в парадной белой накидке и серповатым мечом на поясе снова вышел из палатки. На этот раз он не спешил, не бежал,

а шел медленно, ступая с ноги на ногу с важным видом. Сблизившись, он учтиво полонился, приветствуя заново высокопоставленных гостей, сделав вид, что ранее ничего не было. Так лучше и для него, и для вождя.