Робин нахмурился. «Сэр?»

«Бабель или Гермес? Это очень просто. Решай сам».

Робин чувствовал себя как сломанный инструмент, способный произнести только один звук. «Сэр, я не...

«Ты думал, что тебя исключат?»

«Ну — да, разве...»

Боюсь, не так-то просто покинуть Бабель. Ты сбился с пути, но я полагаю, что это произошло в результате порочного влияния — влияния более жестокого и своенравного, чем ты мог ожидать. Ты наивен, да. И разочарован. Но ты не закончил. Это не обязательно должно закончиться тюрьмой». Профессор Ловелл постучал пальцами по столу. «Но было бы очень полезно, если бы ты мог дать нам что-нибудь полезное».

«Полезное?»

«Информацию, Робин. Помоги нам найти их. Помоги нам искоренить их».

Но я ничего о них не знаю, — сказал Робин. Я даже не знаю ни одного их имени, кроме имени Гриффина.

«Правда.»

«Это правда, так они работают — они настолько децентрализованы, что ничего не говорят новым сотрудникам. На случай...» Робин сглотнула. «На случай, если случится что-то подобное».

«Как жаль. Ты полностью уверен?

«Да, я действительно не...»

«Скажи, что ты имеешь в виду, Робин. Не мешкай.

Робин вздрогнул. Это были точно такие же слова, которые использовал Гриффин; он помнил. И Гриффин сказал их точно так же, как профессор Ловелл сейчас, холодно и властно, как будто он уже выиграл спор, как будто любой ответ Робина должен был быть бессмыслицей.

И Робин мог представить себе ухмылку Гриффина; он точно знал, что тот скажет: конечно, ты выберешь удобства, ты, воспитанный маленький ученый. Но какое право имел Гриффин осуждать его выбор? Пребывание в Бабеле, в Оксфорде, не было поблажкой, это было выживание. Это был его единственный билет в эту страну, единственное, что отделяло его от улицы.

Он почувствовал внезапную вспышку ненависти к Гриффину. Робин ни о чем таком не просил, и теперь его будущее — и будущее Рами и Виктории — висело на волоске. А где был Гриффин? Где он был, когда в Робина стреляли? Исчез. Он использовал их для своих целей, а потом бросил, когда дела пошли плохо. По крайней мере, если Гриффина посадят в тюрьму, он это заслужил.

Если тебя заставляет молчать преданность, то ничего другого не остается, — сказал профессор Ловелл. Но я думаю, что мы еще можем работать вместе. Мне кажется, ты еще не готов покинуть Бабель. Не так ли?

Робин глубоко вздохнул.

От чего он отказывался, в самом деле? Общество Гермеса бросило его, проигнорировало его предупреждения и подвергло опасности двух его самых дорогих друзей. Он ничего им не должен.