— Все уже давно у моста. Меня отправили за тобой, сказать, чтоб ты поторапливался, — Вика принялась отряхивать пыль с его куртки, — Ротсен собирается устроить праздник в честь нашей победы…

— Праздник? — эхом повторил он.

— Нас с тобой пригласили… нет, я тебя не понимаю! Ты как в воду опущенный. Что, неужели не рад?!

Максима вдруг охватило жгучее желание перестать отмалчиваться, и рассказать ей все, что произошло наверху, — ведь всем известно, что если поделиться с кем-нибудь горем, боль отступает, и становится легче. Но, взглянув на беззаботно щебечущую девочку, которая прямо-таки лучилась счастьем, ему стало так жалко ее, что он понял, что не сделает этого, по крайней мере, сейчас. Может быть, потом. Или завтра.

«После всех испытаний, выпавших на ее долю, она не заслужила новой боли и новых слез».

— Я рад, — пробубнил Максим.

Обратный путь всегда кажется короче — Максим не успел и глазом моргнуть, как лестницы и коридоры Черной крепости остались за спиной, и они уже шагали по мосту, приветствуемые радостными криками разношерстной толпы, наводнившей скалистое плато на противоположной стороне рва.

«О небо, только бы им не пришло в голову рассматривать мою ауру!»

— Конарт и Мелфаен починили транспортеры, — сообщила Мелани, — Скоро мы отправимся в Белый Дворец.

— У нас, кстати, нет жетонов, — Вика подмигнула Высшему магу.

— И не надо, — Ротсен улыбнулся, — Я отменяю их.

— И лицензии на кен-тай?

— И лицензии.

— А как же Черная крепость? Что вы намерены с ней сделать?

— Пока не могу сказать, — Высший маг задумался, — Наверное, придется ее снести.

— Жаль, — вздохнула девочка, — Ее бы покрасить, стеклопакеты поставить, провести электрическое освещение — после реставрации отличный бы вышел замок. Я бы оставила — для истории.

— Мы обсудим это на Совете, — пообещал Ротсен.

Внезапно на землю упала тень в форме гигантского крылатого чудовища.

— Дракон! — взвизгнула Вика.

Летающий ящер грациозно приземлился на скалы, и с почтением склонил перед Максимом огромную голову, увенчанную длинными шипами и выростами. Ребята с опаской глядели на огромную чешуйчатую гору, гадая, сыт он или голоден. Дракон стоял так близко, что до него можно было дотронуться рукой.