Тем же беднягам, которым нынче ночью выпало нести караул, придётся солоно. На стороне Акрионова войска – внезапность и темнота. И, конечно, разумное планирование – спасибо дядюшке Кадмилу.

Но как провести в Афины отряд лудиев? Как не привлечь внимание стражи на воротах? Как подобраться к дворцу? Вопросы мучили Кадмила безостановочно, каждый день двухнедельного морского пути.

И на все эти вопросы благосклонно ответила дождливая ночь.

Кадмил был очень признателен дождю. В самый раз вознести хвалу выдуманным эллинским богам, отвечающим за стихии – Зевсу, Посейдону, Деметре, Дионе и прочим. Впрочем, для этого у нас есть Акрион. Молится при каждом удобном случае, сердяга. Вот и пускай молится, хуже от этого не станет…

Да, Кадмил был доволен.

Ну, то есть, настолько, насколько может быть доволен тот, кто постоянно страдает от боли в шее и позвоночнике. Тот, кто собирается возглавить смертельно опасный штурм хорошо защищённого дворца. Тот, кто надеется вернуть милость Локсия, представив доказательства людского заговора, о котором лишь строит догадки. Тот, кто по щиколотку в ледяной воде бредёт навстречу неизвестности, когда мог бы сейчас мирно спать в объятиях Мелиты…

Мелита.

Ребёнок.

Вот ради чего он это делает.

«Всё получится, – думал Кадмил, упрямо смахивая дождевую влагу со лба. – Снова стану богом. Буду летать и смогу жить тысячи лет. И она будет летать со мною – тысячи лет. И тот, кто родится – он тоже когда-нибудь сможет летать с нами… Всё получится. Осталось немного. Осталось чуть-чуть».

Вот только шляпу он потерял. Видимо, ещё в Вареуме. Любимый петас, который Мелита дала в дорогу, валялся теперь невесть где, и с отросших волос, оставшихся без привычного укрытия, назойливо текла на плечи вода. Впрочем, Кадмилу было плевать на дождь и холод. Он приближался к цели. Почти всё, что было задумано, удалось – и удалось почти так, как задумано. Нужно только ворваться во дворец, разыскать Эвнику и вернуться с нею на Парнис.

Ну, а шляпа – это всего лишь шляпа. Мелочь.

Новую сошьют.

Отряд двигался медленно, чтобы не создавать лишнего шума. Зыбкие контуры маячили во мгле, ноги – босые и в сандалиях – шлепали по грязи, лязг бронзы и бряцанье железа тонули в нескончаемом шелесте дождя. Воины молчали. Порой кто-то сдавленно чихал, продрогший, но в целом было довольно тихо.

Они прибыли в Пирей на закате. Занюханной портовой таверне никогда не случалось вмещать столько вооружённых людей. Лудии тесно сидели за столами, глотали горячую похлебку с ливером, кто-то дремал, набираясь сил перед ночным броском. Кадмилу дремать было некогда: оставив бойцов вместе с Акрионом в таверне, он отправился к портовому рынку, чтобы узнать новости.