Я кинул беглый взгляд на охранников.

— Само собой, Ивана, Лузина Виктора, как старшего, Сергея Короткова и…

— Мен-н-ня в-в-возьмите, — произнес, заикаясь, Дмитрий и сделал уверенный шаг вперед.

Я посмотрел на добровольца — ну, обычный с виду паренек, преданный, услужливый, кивнул.

— Хорошо и тебя берем. Получается примерно пополам.

— Ну, вот и славненько, — улыбнулся профессор. — Давайте вам: ни пуха, ни пера. А время, как известно — деньги.

Он поочередно пожал нам руки, отошел на пару шагов, посмотрел несколько секунд каждому в глаза. Подумалось, что не хватало только осенить нас крестом, как в кино. Но профессор только тяжело вздохнул, повернулся и пошел к дороге.

— Ну, а мы по машинам, — из его уст прозвучало, словно приговор.

Я перевел взгляд от ссутулившейся спины профессора в сторону леса, туда, куда уходил невидимый простому взгляду бледный дымок — угасающий и рваный след гиганта. Поднял с земли один из рюкзаков, накинул широкие лямки на плечи. Пока он мне еще не кажется тяжелым, но я знаю, что вес его будет увеличиваться с каждым километром нашего похода. Обернулся к машинам, махнул рукой. Короткими звуковыми сигналами они мне ответили, машины тронулись.

— Ну что ж, пойдем, поохотимся, — сказал я застывшим в готовности охранникам и хмурому ассистенту.

— Пойдем, — ответил Лузин, улыбнулся. — Поохотимся.

Зверь.

Звезды медленно гаснут, холодное солнце нехотя выползает за лесом, облизывая кроны деревьев желтыми языками.

Силы оставляют. Нужна пища и отдых.

Колени подгибаются, хватаюсь рукой за вековую сосну и медленно, обдирая кору когтями, сползаю на остывшую землю.

Не смотря на то, что от усталости и голода чувства потеряли свою прежнюю остроту, преследователей слышу. Призрачными тенями они идут за мной, ожидая, когда же ослабну настолько, чтобы можно было напасть и поживиться. Видимо, я единственная крупная добыча в этих лесах.

Да, эти леса не те, что я знал, не те, к которым привык. Это даже лесом-то назвать трудно. И я далеко от тех мест.