— Надо же, какая бдительность, — заметил Запольский. — Они бы всегда так работали.

— Т-тогда бы у них р-работы н-не было! — сделал вывод Дима с заднего сиденья.

Антон молча покосился на него, мол, чего веселишься. Дима пожал плечами, почесал затылок и отвернулся к окну.

Профессор вышел из машины, двинулся к группе что-то оживленно обсуждающих офицеров.

— …Он что, по вашему, «тачку» что ли тут поймал? — кричал капитан.

— Ну, наверное, какое-то другое есть объяснение, — оправдывался лейтенант. — Люди работают…

— Вижу я, как они работают! Мне начальство давит сверху, понимаете? Имейте в виду, головы полетят все!

— Что случилось? — спросил Запольский осторожно у стоящего чуть в стороне знакомого с реки лейтенанта. — Отчего такой сыр-бор?

— А, профессор! — отчего-то обрадовался лейтенант, заявил громогласно. — Вы-то нам и нужны!

Все офицеры обратили на него внимание. Особенно капитан.

— Профессор Запольский? — спросил он.

— Так, э-э, точно, простите…

— Я капитан полиции Вшивков Владислав Георгиевич, — представился он, подошел и сильно пожал профессору руку. — Можете нам объяснить поведение вашего, так называемого, питомца?

— А что, собственно случилось?

— А случилось то, что вот на этом месте, — он ткнул себе толстым пальцем под ноги, — прямо у дороги следы, которые вели из дома, заканчиваются. Мы обрыскали все вокруг в радиусе пятидесяти метров, по рекомендации лейтенанта Безматерных, — палец переместился на покрасневшего офицера, — но ничего нет. Ваши предложения?

— Э-э, мои предложения? — Запольский озадаченно теребил бородку. — Э-э, знаете, я могу предположить, что он… э-э, что он, возможно…

— А побыстрее вы не можете предполагать? — перебил капитан.

— Могу! — голос Запольского окреп. — Он напал на машину, на ней и проехал, наверное, часть пути. Вот.

Капитан долго смотрел на профессора, густые брови сдвинулись так, что маленьких колючих глаз почти не стало видно. Запольский же невозмутимо смотрел ему в лицо.

Наконец капитан повернулся к офицерам, гаркнул.