— Из поволжских, этот хлопец из батальонной разведки, товарищ Теличко. Я тебе как раз про него говорил.

— Добро. Всё же, ты прав, Матвей Фомич, лишнюю инициативу проявлять не следует. Засыпимся. Ну и где у них склад ГСМ, Сёма?

— Так в этом же сарае и есть.

— Ясно, — я на минуту задумался, — как предполагается перебазироваться в грузовики?

— А прямо через крышу склада. Там ребята для удобства уже и верёвку с узлами из тряпья смастырили. Спускаться можно прямо во двор, благо та сторона прикрыта от обзора с вышек и от ворот. Голый участок всего шагов пять. Плохо освещён. Если ползком, сладим без шухера. Главное, сильно не шуметь и не мешкать. Мокро, дождь этот, мать его, всё не угомонится! — выругался Семён.

— Что дождь — это как раз замечательно. Просто великолепно! — возразил я, — что по прорыву думаете, товарищ Краснов? — я специально отдал инициативу Матвею Фомичу. Лишний раз польстить авторитету старшего политрука, да и выпячивать особенно собственную некомпетентность не хочется. Весь мой военно-тактический опыт — это полсотни сериалов о войне, да тысячи перелопаченных архивных документов. Анавр то я, анавр. Только всё больше диванный. И даже небольшой опыт боёв под Перемышлем тут ни к чему не пристегнёшь. Там было кому воевать. И чем…

И Краснов не подвёл.

— Так, имеем: основная группа — двенадцать бойцов плюс нас шестеро, среди которых один почти не комбатант.

— Э! Матвей, обижаешь, генацвале! — попытался возразить Кирвава.

— Знаю, знаю, дорогой, не переживай. И помню про твои способности пулемётчика. Все уши прожужжал, кацо. Всё равно, оружия у нас маловато. Пистолеты не в счёт. Для штурма они не годятся. Два пистолета-пулемёта — это дистанция уверенного поражения двадцать пять-тридцать метров. В лучшем случае. Пулемёт, думаю, лучше использовать с колёс. И тебе, Мамука, сподручнее будет. Не так уж и много у нас и боеприпасов, чтобы действовать не наверняка.

— Есть ещё карабин часового, — вставил свои пять копеек Семён.

— Ну хоть что-то дальнобойное, — вздохнул Краснов, — значит так, Тайборин, возьмёшь себе карабин. Будете на крыше с Климовым прикрывать штурм. Твоя цель — пулемётчики на вышках. Как, справишься?

— За одного ручаюсь, товарищ старший политрук, — алтаец замялся, — второй — потруднее будет. Сложная директриса и, если помните, дальняя вышка с бойницами, доски в два слоя, ещё и мешки, плохо простреливается. Без гарантии.

— Если дадите мне один пистолет-пулемёт и пять минут форы перед началом штурма, я возьму на себя дальнюю вышку, — решительно выступил я.

— Уверен, Петро? — Краснов качнул головой в сомнении, — рискованно. Они же на тебя все кинутся. А если тебя…дальнейший смысл операции теряется.