Джитиндер стоял запыхавшись и, тяжело опираясь на нагинату, изучал поле боя.

– Знаешь, похоже, я такой же убийца как и ты. Я не чувствую угрызений совести за убийство этой шайки.

– Эти люди атаковали и пытались нас убить. Более того, они могут быть соучастниками магов, удерживающих Артемис.

Джитиндер покачал головой.

– Сомневаюсь. Это были обычные уличные головорезы, даже не члены гильдии.

– Поэтому я и думаю, что возможно они работали на волшебников. Ведь как может волшебник оценить достоинства воина?

Джитиндер пожал плечами и двинулся вперед.

– Верно. Мы теряем время, обсуждая это. Пошли к твоему Дондону.

Подняв палец, Этос опередил его.

– Подожди. Эта атака только первая из многих. Должен существовать лучший путь к Дондону, чем бой сквозь армии самонадеянных головорезов с искрой надежды на удачу в их глазах.

– Да? Что ты предлагаешь?

***** 

Дондон ждал Этоса на перекрестке, ожидая, что тот в любой момент появится на одной из четырёх улиц. Ему было не по себе. Головорезы, спрятавшиеся в тени вокруг него, пообещали не только сохранить ему жизнь, но и небольшую долю от суммы, полученной за амулет, но только в случае, если он будет хранить молчание. Если он предупредит Этоса, то может ожидать только кучу арбалетных болтов, торчащих из него, и скорее всего, Этоса тоже настигнет неминуемая смерть.

Дондон не был ни безрассудным альтруистом, ни героем, способным пожертвовать жизнью ради друга. Но Этос был его другом. А люди, окружившие его, определенно нет. Вполне возможно, что половина из них захочет избавиться от него, после того, как они покончат с Этосом, не вспоминая о том, помог он им, или нет. Поэтому, совсем не через альтруизм, в его сознании возникали мысли о том, чтобы найти способ предупредить юношу...

Он опять осмотрел пустые улицы вокруг себя. Они казались заброшенными. Создавалось впечатление, будто все горожане в этот день заболели и ни у кого не было сегодня никаких дел. Большинство местных жителей прятались в своих домах за закрытыми дверями и окнами, ожидая окончания битвы. Остальные, как те люди, что его окружали, нервно ждали владельца амулета в засаде. Город молчал, в воздухе ощущалось напряжение.

Внезапно, в углу Миллапля, в двух кварталах от уличного фонаря, возле которого, прислонившись, ожидал Дондон, появился человек. При виде лёгкой походки, с которой двигался незнакомец, хафлинг застыл. Неужели началось?

Человек приближался. Когда он вышел из тени на свет, его черты стали различимы. Дондон вздохнул с облегчением, потому что это был не Этос. В то время, когда волосы Этоса были длинными и чёрными, волосы этого человека были намного короче, светлыми, с хвостиком позади и прядями, висящими над синими глазами. Он нёс необычное оружие, которого Дондон прежде никогда не видел. Хотя оно было и похоже на восточное, смутно напоминало экзотическое оружие с далёкого Шу Ланга.