Светлый фон

— Ты оставил меня безоружным! — рявкнул Сеэт, сжимая кулаки.

— Ещё скажи, что ты не заслужил… — усмехнулся Игорь. — За то, что ты напал на меня, тебя вообще стоило бы судить и казнить.

— Ты мне ответишь за это, проклятый врун!..— завёлся Сеэт, попытавшись сделать шаг вперёд.

Но один из ополченцев двинул ему древком копья в живот, и бывший командир кетов замолчал.

— Вот правда, утомил... Сеэт, тысвободен. Я освобождаю тебя от рабства! — объявил Игорь.

Раб Сеэт из семьи Лииг освобождён!

Раб Сеэт из семьи Лииг освобождён!

Сделка между вами с вашей стороны выполнена в полном объёме.

Сделка между вами с вашей стороны выполнена в полном объёме.

Сеэт из семьи Лииг получает штраф за предательство.

Сеэт из семьи Лииг получает штраф за предательство.

В этот раз Игорь не стал терпеливо дожидаться, пока бывший раб прочитает сообщения. Вместо этого он сделал знак ополченцам, которые принялись снимать с Сеэта путы. Оружие и доспехи у командира кетов уже успели отобрать.

— Всё, проводите предателя куда-нибудь подальше! — сказал Игорь ополченцам, а потом, подумав, что тот всё равно может не уйти, добавил: — И дайте ему направляющий пинок! А то ещё решит остаться…

Под взглядами собравшихся, ополченцы оттащили Сеэта подальше. А затем повернули в сторону леса и дали пинка — обидного и унизительного. Кет по инерции пробежал ещё несколько шагов, остановился, обернулся… И открыл было рот, чтобы что-то сказать… Но передумал. Видимо, вспомнил, что побить его здесь могут даже за то, что открыл рот. А Игорь всё равно не поймёт его языка. Снова повернувшись к лесу, Сеэт побрёл прочь. Шаги давались ему тяжело: видимо, штраф как раз начинал действовать в полную силу.

— Ты, конечно, соглашение нарушить не успел! — сказал Игорь, повернувшись к Дурсу. — Но я знаю, что ты собирался. Просто не успел. Поэтому условия для тебя будут те же, что и для Сеэта. Снимай доспех и уходи. У тебя есть шесть дней, чтобы накопить пять тысяч УЕ для оплаты выхода. И больше я не хочу тебя видеть! Выживешь и уйдёшь — считай, молодец. Не выживешь — плакать никто не будет.

Дурс, может, и хотел бы поартачиться, но не стал. Он молча стянул доспех и, кинув на землю, плюнул на него сверху. Символично и гордо, но выглядело как-то жалко.

— Тысвободен. Я освобождаю тебя от рабства! — объявил Игорь, сокрушённо мотнув головой, как бы показывая, что он думает о такой дешёвой гордости.

Раб Дурс, сын Кауса, освобождён!

Раб Дурс, сын Кауса, освобождён!

Сделка между вами выполнена в полном объёме.