— Говори, Муса! — выкрикнул кто-то из сидевших.

— Сейчас у них служат даже подростки. Но они не просто одели форму и получили какие-то звания. Это настоящие воины, прошедшие две войны! Против своих фанатиков и ваххабитов, вторгшихся из Европы. Кто сомневается в моих словах, могут посетить комплекс, где мы начали обучение. В трудный для нас час они протянули руку дружбы, так неужели мы оттолкнём её? Неужели о всех нохчи будут говорить, что они трусы или глупцы? Неужели я ошибся в вас, пригласив обсудить лишь подробности объединения с русскими? Шейх бы проклял нас за желание добровольно умереть без вакцины. Поэтому я прошу вас подумать сейчас и решить для себя — с нами ли вы? Мы для себя всё решили, остался выбор за вами. Если кто-то против… что ж… забирайте своих людей, из числа обучаемых, и возвращайтесь обратно. Мир вашему дому, пока сюда не явятся турки и не принесут новую волну Чумы. Только потом не плачьте и не просите помощи — сегодняшний выбор вы сделали сами. Я закончил.

Вновь возникшая тишина в зале длилась несколько минут. Собственно и не тишина, а небольшой гул обсуждения между сидящими рядом. Наконец один из старейшин встал со своего места.

— Муса, нынешнее время, безусловно, требует пересмотра некоторых обычаев. До Чумы мы вряд ли бы приняли такое решение, но сейчас перед нами выбор — остаться в живых и продолжить возрождение нашего народа или упрямством свести на ноль численность нохчей. Поэтому мы породнимся с русскими до кровного родства. Думаю, что ты был прав, когда сказал, что святой шейх одобрил бы этот выбор.

— Я знал, Аслан, что вы поймёте меня. Но это ещё не все новости, — усмехнулся он. — Однако говорить о них стоит лишь с теми, кто примет родство с русскими.

— Что ещё, Муса? — Абу выкрикнул со своего места.

— Теперь у русских служат даже женщины. Не единичные случаи, а в большом количестве, в том числе и командуют подразделениями. Я понимаю, что такой вариант для большинства из вас неприемлем, но у нас нет столько людей, которые смогут закрыть брешь по всем воинским специальностям. Нужно решить, куда мы направим молодых девушек — на какие специальности. Инал из своего тейпа решил выделить для медсестёр и связисток, а дальше как получится. Возможно, сделаем исключение ещё и для снайперов. Кто что думает? — он снова обвёл взглядом собравшихся.

— Муса, но многие нохчи откажутся направлять сестёр и жен… — начал было Абу.

— Мы начинаем, как ослы, ходить по второму кругу? — перебил его тот. — Тогда я предлагаю всем познакомиться с прибывшими к Иналу русскими и только потом сделать выводы.