— Эй, молодёжь! — на БМП влез кто-то из наших спецназёров. — У вас всё в порядке?

— Лучше не придумаешь! — ответила Самохина, ещё с пунцовым лицом.

— Ну и хорошо. Короче, мы сейчас из танка брезент возьмём и посадим этого зассатика к вам в отсек. В танк же его не засунешь? Придётся потерпеть.

— Что, большую птичку поймали? — поинтересовалась Катя.

— Ты даже не представляешь какую — командира бандформирования. Союзники его уже вкратце допросили. Так что готовься к награде.

— Так меня грозились разжаловать, — съёрничала девушка.

— Да забей. За такое вообще звание повышают. А командирша наша уже по рации доложила в Херсон — кого задержали и кто это сделал.

1 августа 2028 года. г. Тополиновск. Час пополудни

Мочалов и Ермолаев сидели в здании Правительства и обсуждали перипетии сегодняшнего утра в Херсоне. Начиная с 10–00 по московскому времени прапорщик Брошкин приносил депеши каждые полчаса, так что руководство РСА владело полной информацией. Тут же спешно готовился борт МЧС, готовый доставить восьмерых юнармейцев, получивших ранение в утреннем боестолкновении. Ну и поступила последняя информация — несколько минут назад прапорщик принёс последнюю сводку. Генерал-лейтенант просмотрел её и молча передал Сергею Ивановичу. Тот тоже пробежал глазами текст и мотнул головой.

— Василий Петрович, — негромко обратился он к Самохину.

— Оу, — машинально ответил танкист, пересматривающий какие-то бумаги на столе.

— Тут такое дело…

— Какое? — полковник поднял глаза от стола и встретился взглядом с главой РСА и генералом. — Что случилось? — они оба внимательно смотрели на танкиста, и тот почуял неладное. — С Катей что-то? Она тоже ранена? Мужики, ну вы чего молчите?

— Василь Петрович, твоя Катя участвовала в двух танковых атаках, — медленно проговорил Ермолаев.

— Что? — опешил Самохин.

— Более того, при выполнении боевого задания экипажем её БМП захвачен командир бандформирования. Вот так вот, тарщ Самохин, — довольно улыбнулся генерал-лейтенант. — Хорошую смену воспитал, Василь Петрович. Да и остальные наши юнармейцы лицом в грязь не ударили.

— Олег Петрович! Разрешите мне к ним слетать на том борту, который за ранеными собирается? Одним днём обернусь!

— Разрешаю, — кивнул Ермолаев. — Заодно и Мохова захвати. Маринка его тоже отличилась, так что похвалу пусть выразит всё руководство бронетанкового крыла, — весело подмигнул он. — Вот только чем награждать будем…