— Дарова, Вовк, — навстречу выскочил Макс.

— Привет, как сам?

— Норм, а ты?

— Вообще тоже норм, но сегодня устал, как собака. Пока за хабаром ездили, пока раздавали. Ты не уходи никуда, мы там кое-что принесли.

— Класс! Мне пацаны и так уже обзавидовались — в родне у «Хомяка» хожу, — подмигнул Макс. — Ты только за кликуху не обижайся, просто тебя так уже пол-города зовёт.

— Да ладно.

— Валюша! Вова! Проходите, я уже стол накрыла, — всплеснула руками Ирина Николаевна.

— Мам, подожди, — попросила Валя. — Сначала подарки, а уж потом есть и спать. Извини, мы оба после Воронежа, а там руки чуть не отсохли — собирать и грузить, много пришлось. Так, — раскрыла она баул. — Это тебе… духи, мам, французские… это папе — туалетная вода, это такая же, но молодёжная Максу… это косметика… держи, мам.

— Валя, Володя! Я и так пред вами виновата, а вы мне подарки… — заплакала мать. — Сил уже нет, все слёзы выплакала, — она подошла и обняла обоих.

— Ладно, мать, а то скоро электричество закончится, а молодёжь даже не поела, — заметил глава семьи.

— Ой! И то верно. Давайте остальное завтра. Садитесь за стол.

— Так, зять, ты не обижайся, просто я не знаю, как у Мочаловых со спиртным, — почесал подбородок Анатолий. — Нельзя так нельзя.

— Знаешь, пап, а давай, только по чуть-чуть, — неожиданно согласился Вовка. — Просто сегодня столько всего было, а нам на Новый Год по пятьдесят грамм давали, как молодой семье… Только об этом ни-ни, — подмигнул он тестю.

— Замётано, — улыбнулся тот.

Вечерние посиделки были недолги. Только поели, убрали со стола, как электричество вырубили. Анатолий зажёг «Летучую мышь», и в комнате снова стало светло. Относительно, конечно, но и не темень, что хоть глаз выколи.

— Слушай, Вов, — обратился к нему глава Ивановых — а чем ты планируешь заниматься, когда вся эта Чума отступит? Не подумывал о будущем?

— Если честно, то мы с Валей планируем заняться телевидением. Сейчас передатчик спаяем, и у нас в анклаве будут свои новости или фильмы крутить будем. Ну и так, — пожал он плечами — моя специальность, думаю, пригодится.

— Дело, конечно, такое, ты на тёщу не серчай — бабы, но если что, мы с Максом тоже планируем мастерскую открыть, и как бы твой опыт может быть востребован. Я вот сейчас разговариваю с тобой и стараюсь не смотреть на тебя…

— Почему? — удивился Вовка.

— Понимаешь, гляну — передо мной сидит пацан, а поверну голову вбок и как с парнем двадцатипятилетним беседу веду.