— Ну, я бы не сказал, что его мало…

— Кстати, ещё есть очень важный момент, который не знают многие далёкие от лука люди — лук не растягивают руками, луки растягивают мышцами спины — дельтавидными при европейской манере стрельбы или широчайшими при азиатской манере, когда лук поднимают над головой и плавно опускают, параллельно растягивая его.

— О, как!

— Сергей Иванович! О луке можно забыть. Сразу и безоговорочно. Говорю вам, как человек, занимавшийся таким видом спорта.

— Почему, Аня? Я считал…

— Разрешите, я закончу? Спасибо. Итак, во-первых, из лука очень трудно убить человека, особенно стрелой со спортивным наконечником. Если не попасть в глаз так чтобы поразить мозг или между рёбрами в сердце, быстро не умрёт ни человек, ни собака. Медленно умрёт, если пробить лёгкое или печень, истечет кровью, если пробить какой-то магистральный сосуд. Все остальное — легкие повреждения, которые нетрудно купируются даже в полевых условиях. Собаки быстро научатся лавировать, а заражённый кинется на стрелка и самого покалечит. Во-вторых, если стрела с бродхедом, то есть боевым охотничьим наконечником, быстро выдернуть её из трупа не выйдет, придется вырезать с куском мяса. Потом ходить по полю боя и искать стрелы? Ну, на один бой их хватит и всё? Стоит ли овчинка такой выделки? Кстати, большинство стрел будут потеряны или сломаны при попадании во что-то твердое. Современные лёгкие стрелы делались из карбона, алюминия или фибергласса, деревянные использовали только реконструкторы. Фибергласс и карбон нетрудно треснуть и сломать, алюминий не ломается, но зато гнется, что опять же делает стрелу непригодной. К примеру, попадание в кость черепа это гарантированная смерть стреле, но практически нулевое повреждение обладателю этой черепушки, — улыбнулась она. — Думать о метательном неогнестрельном оружии следует в самую последнюю очередь. Оно маломобильно и обладает малым темпом стрельбы да плюс нулевой останавливающий эффект. Заражённые, если попадание стрелы произойдёт куда угодно, кроме органа, гарантирующего моментальную смерть, её даже не заметят.

Переведя дыхание, Аня продолжила свою давно отработанную «лекцию»:

— Рассмотрим ситуацию, когда человек идет по городу с луком в руках и колчаном, полным стрел. Если колчан заплечный, туда трудно тянуться и нельзя даже минимально наклоняться — всё выпадет. Если колчан набедренный, он за всё цепляется, как и лук, который из рук выпустить тоже нельзя — в момент нападения не будет времени его доставать. Нападает заражённый, а защищающемуся нужно нашарить стрелы, вытащить её, правильной стороной наложить на тетиву — здесь тоже есть свои правила. Потом растянуть лук, прицелиться, приложиться, задержать дыхание и точно выстрелить. Всё это в условиях зачастую стеснённого пространства и накачки боевыми гормонами, которые обязательно начнут выделяться в стрессовой ситуации. Вероятность попадания в такой ситуации у того, кто НЕ занимался луком половину жизни — процентов двадцать. А на второй выстрел времени уже скорее всего не будет. С арбалетом работает всё то же самое, за тем лишь исключением, что из него второго выстрела не будет совершенно точно. Вот такой расклад, Сергей Иванович…