Дальше рассмотрели вопрос о юнармейцах. Молодая смена за этот короткий срок настолько вжилась в роль бойцов, что Захаров пару раз замечал рассекающих на «Нивах» как мальчишек, так и девчонок — проехать от одной из «Тумб» до гаража, чтобы решить какой-то технический вопрос, доехать до столовой и взять обед — старшие нарядов вовсю занимались «дедовщиной» в хорошем смысле этого слова. На недовольное бурчание Пасечникова о малолетстве таких водителей, их неожиданно поддержал как Ефимов, так и сам Мочалов, отметив, что лучше подрастающее поколение поднатаскать в опыте вождения, чем запрещать. Раз уж они стали полноправными гражданами анклава, назад пути нет.

Ну и Сомов снова поднял вопрос о спутниках. Вот тут вспыхнула настоящая словесная баталия. Денис и его супруга категорически были против, мотивируя почти теми же вариантами развития событий, ранее высказанными Мочаловым Игорю — слишком велик риск быть «проглоченными» более сильной группировкой, а то и получить «ядрён батон» тактического класса, если не прогнуться под княжество — по принципу «так не доставайся же ты никому». Тем более что переговорный вопрос с руководством княжества или его полномочными представителями оставался открытым — на связь никто не вышел: или не желали переговоров, или автобус не доехал.

21 августа 2027 года. д. Тополиновка. Вечер

После дождя, случившегося два дня назад, десяток женщин с тремя бойцами охраны, вызвавшимися добровольно сопровождать тех, рванули в лес по грибы. Хотя Алёна Мочалова и ворчала по поводу неизученности механизма накапливания чумных бактерий или отсутствия такового в спорах грибов, но вылазку разрешила — все противоэпидемические мероприятия с некоторых пор курировала только она. А вот юнармейцы, свободные от дежурств, и несколько взрослых бойцов охраны рванули на лесовозе, экономя бензин, но не солярку, в ближайшие сёла — Хлыстово и Охримовку. Последнюю обработали достаточно быстро — ни зерна, ни каких-либо стоящих материалов найдено не было — в деревне жило мало народа, а после Чумы так и никого из живых не нашлось. Восьмерых заражённых закололи копьями, не став тратить боеприпасы, причём троих из них завалили юнармейцы. В Хлыстово попали ближе к обеду и сразу пошли трофеи. В самом крайнем к дороге доме раньше проживал фермер. Помимо нескольких десятков мешков овса и проса вездесущая молодёжь нашла аж четыре мотоцикла: два «Минска» и два «Ижа» — «Юпитер-5» и «Планета». Последний оказался вообще на ходу и его не стали грузить в лесовоз, а один из взрослых бойцов решил вспомнить молодость — «прикурив» от лесовоза, на паре литров бензина в баке он добрался своим ходом в Тополиновку. Помимо вышеупомянутого досталось около трёхсот литров бензина в нескольких канистрах и баке от какого-то трактора и… двадцать четыре «шоколадных». Вот с ними произошло настоящее побоище, в котором пришлось применять огнестрельное оружие — двое четвероногих заражённых, видимо, страдали бешенством перед инфицированием — уж больно агрессивно они набросились на нежданных гостей. А после них нагрянул и сам «фермер» со «свитой» из бывших мужчин, женщин и пары детей — этих закололи без особых проблем, а потом кремировали на пустом току рядом с фермерским домом.