— Приветствуем союзников, — поздоровался с обоими за руку Мочалов. — Как долетели, я уже в курсе. Примите мои соболезнования.

— Благодарю вас, господин Мочалов. Да, мой заместитель и ещё одиннадцать человек не перенесли перелёта, но мы здесь и готовы вместе бороться против… — она запнулся.

— Американцам всегда хочется с кем-то бороться, — усмехнулся Ермолаев.

— Это переводить, товарищ генерал? — опешила Вика.

— Переводи, дочка. — улыбнулся тот. — Мне уже доложили, что ты и там отличилась?

— Разрешите это потом, товарищ генерал? — умоляющее попросила его девушка.

— Сэр, — обратился к Ермолаеву Робинсон. — Очевидно, что сейчас вы выговариваете старшему сержанту за её самовольное оставление автомобиля? Хочу заметить, что если бы не её решительные действия, мы стали бы инфицированными этой заразой. Прошу вас, сэр, не наказывайте её.

— Сэр, — поддакнула своему шефу Дукс. — Это не девушка, а самая настоящая Валькирия! Сэр! Я тоже видела её в бою! Я поражена её выучкой! Наши тинейджеры на такое не способны!

— Если ещё кто-нибудь вякнет мне, что эту девочку нужно наказать, я его в солдаты разжалую без лишних разговоров. Вика! Не переводи! Белов! И тебя это в первую очередь касается! Вы не поняли, что произошло? — оглядел он собравшихся.

— Старший сержант Звягина недавно подняла мнение о русских десантниках на такую высоту, что у американцев глаза на лоб полезли и теперь они хорошенько подумают, прежде чем устраивать бузу с нами, — монотонно выдал Пасечников.

— Во! Золотые слова, майор. — улыбнулся Ермолаев. — Чувствуется рука ФСБ. Ну, о ней разговаривать будем позже, а сейчас нужно отвести союзничков помыться, подмыться, а то, небось, штаны-то мокрые? Ну и покушать, естественно. Вика! Ты им про штаны не переводила?

— Товарищ генерал! За кого вы меня принимаете?

— Наш человек! Понимает, что нужно сказать, а что и умолчать при нашем менталитете. Кстати! А кто у них будет переводчиком?

— Догадайся с одного раза, Олег Петрович, — ухмыльнулся Белов.

— Звягина! Я же говорил тебе вчера, что ты далеко пойдёшь?

— Так точно, тарщ генерал!

— Готовься к новым погонам. Пресс-атташе в сержантском звании не катит!

— Пока она только «Калашом» дипломатию наводит, — усмехнулся Белов.

— Скорее, делом подтверждает наши слова и намерения, — поправил его Пасечников.

— В точку, — согласился с ним Ермолаев. — А тебя, Андрей Валентинович, жаба давит от того, что не ты с автоматом залёг в хвосте их самолёта и не кто-то из твоих людей, а десантура! Никто кроме нас! Так вот!