— Мля, как? — видно, что голос командира лётчиков стал сразу мягче.

— А после твоего сообщения о расстреле ваших людей всё стало на свои места.

— А как вы хотели? — раздался смутно знакомый голос на их частоте.

— Кто это здесь вякает? — недовольным тоном поинтересовался Зверев.

— Не вякает, а говорит, — поправил его тот же голос. — Антон Дергачёв. Сергей Иванович! Даже если вторая попытка захвата не удалась, ваши люди подавлены, а кое-кто — гражданские, вообще деморализованы. Ну чего вы кочевряжитесь? Отдайте формулу лекарства и уходите куда-нибудь восточнее. Вам же сразу сказали, а вы полезли тягаться с нами — кто сильнее. Для того чтобы вы понимали дальнейшее положение дел, я уполномочен донести до вас, что в вашем направлении движется экспедиционный корпус Княжества. Там более трёх тысяч человек, половина из которых — кадровые военные, а вторая половина — казаки и добровольческие отряды, имеющие опыт боёв. При них более двадцати единиц боевой техники. Вам не выстоять, поверьте.

— Это ваша работа? — злым голосом переспросил Зверев. — Наших беженцев вы убили?

— Скажем, мы предложили им перейти на нашу сторону. Они не согласились ну и… сами понимаете.

— Вы совсем страх и совесть потеряли, — в душе Мочалова начала нарастать ярость. — В нынешних условиях нет, чтобы сплотиться просто как выжившие… нет, вы снова начали делить портфели у руля власти. Вы скатились до геноцида своего народа, деля его по религиозному признаку!

— Всё сказали? — усмехнулся Дергачёв. — Пар выпустили? Тогда даю вам двенадцать часов, чтобы уйти из анклава и заодно составить подробную инструкцию по изготовлению лекарства, иначе мы догоним вас и… сами понимаете. Кстати, господин Белов передал через нашего посыльного информацию для американцев — ваши коды доступа к их оборонным объектам теперь не работают, а доступ к американской спутниковой системе аннулирован. Теперь вы понимаете, что слепы и малоэффективны? Для Зверева — из ваших беженцев у нас в заложниках остались примерно полста детей. Вы же не хотите их смерти? Тогда будьте любезны — не лезьте в поддержку анклава этих нехристей с воздуха.

— А где гарантия того, что дети будут освобождены? — угрюмо спросил подполковник.

— Вам придётся поверить мне на слово, — насмешливо проговорил Антон. — Выхода у вас всё равно нет.

— Есть у меня хороший друг за Уралом, стратег, — «металлическим» голосом проговорил Зверев. — И если я узнаю, что дети погибли, будет вашей Москве ядерный удар. Я тебе клянусь, ублюдок! Слышишь?!

— А вот это вы зря, подполковник. Ещё один такой сердитый спич и детям уже никто не поможет.