– Не будь настолько самоуверенной, Иверсен. – Он усилил давление вокруг моего торса и скользнул вместе со мной вниз по телу своего геральчиро. Черный с капюшоном плащ Тираэля слегка развевался на ветру, как и темные растрепанные волосы. Он улыбнулся мне свысока. – С твоей ловкостью я мог бы наклеить красную мишень себе на грудь, и твоя сила все равно бы промахнулась на много миль.

Я попыталась пнуть его. Тираэль легко увернулся, позволив мне грохнуться, и рассмеялся.

– Берегись, Иверсен. Если твой плащ испачкается, я не уверен, что мне будет позволено быть твоим экзекутором. Мира набросится на тебя. – Он потянул за шнурок. – И это будет сопровождаться таким нытьем…

Я быстро поднялась на ноги. Мое сердце бешено колотилось, когда я взглянула на арену.

– Сколько их будет присутствовать?

Тираэль пожал плечами.

– Немного. Большинство из них не заинтересованы в церемонии.

На мгновение я закрыла глаза.

– Давай покончим с этим.

Тираэль пошел вперед. Мы прошли по арочному туннелю, сложенному из песчаника. До меня донесся возбужденный ропот. Я сглотнула. Это совсем не звучало так, как будто их было «немного». Внутри меня зашевелилось подсознание, передавая дурное предчувствие. И, когда мы добрались до внутренней части арены, у меня отвисла челюсть. Сердце рухнуло и потерялось где-то в глубине колен.

– Упс, – пробормотал Тираэль.

«Упс» даже близко не подходило для описания этого. Арена была заполнена людьми, все они были закутаны в черные плащи с капюшонами. Люди тесно сгрудились на трибунах перед ложами геральчиро, вытянув шеи, чтобы получить возможность хотя бы мельком взглянуть на меня. В центре арены, там, где Тираэль пытался тренировать меня в течение нескольких недель, ждали трое высших. Они были единственными из присутствующих, на ком красовались накидки цвета жидкого золота, украшенные блестками. Рядом с каждым из них из песка торчал горящий факел.

Далеко позади них, на краю арены, я заметила орду маленьких голых существ. У них были большие висячие уши, которые волочились по земле, толстый курносый нос и отсутствие волос. Существа напоминали картофель, с той лишь разницей, что картофель не был способен с диким энтузиазмом колотить в бонго. В этой мелодии было что-то воинственное.

– Гномы, – прошептал Тираэль мне на ухо. – Земные существа. Эгоистичные лицемеры, но за музыку они отдали бы свою последнюю рубашку.

– Они же и так голые, – сухо возразила я.

– Туше.

– О боже, о боже. – Я глубоко вздохнула и оглядела большую арену. – Это безумие. Настоящее безумие. Я…

– Хелена Иверсен, – раздался шипящий голос. Я вздрогнула, но в то же время поняла, что слышала его только в своей голове. Тираэль рассказал мне, что Мира являлась сильным невралгиком, в то время как Кикки была оборотнем, который мог превращаться в змею, а Баба Гринблад могла свести с ума любого духа с помощью своих способностей эмпата. Поэтому я предположила, что это был голос Бабы Гринблад. – Подойди ближе, девочка. Бернетт, иди в строй.