– Что?.. – Джозеф поворачивается и, прищурившись, пристально смотрит на меня: – Что ты делаешь?

Сначала я думаю, что он обращается ко мне, но отвечает Теодор:

– В ее теле течет моя энергия. Я могу делать с ней все, что захочу.

Его слова не проникают в мое сознание. Они не имеют смысла, и в данный момент я не в состоянии их расшифровать. Кровь уже так громко стучит в моих ушах, что я едва слышу голоса вокруг. Давление растет, давит на сердце и лишает меня дыхания. Мои колени подгибаются, и я опускаюсь на землю. Чувствую, как мои пальцы судорожно дрожат, стискивая амулет.

Но буквально в следующую секунду мерзкое ощущение исчезает. Легкие расширяются, сердце делает несколько мощных ударов, и кажется, что все мое тело с облегчением выдыхает. Когда я открываю глаза, первое, что вижу, – это Джозеф, который, все еще с пистолетом в руках, смотрит на неподвижную фигуру моего деда.

– Нет, – тихо говорю я. И больше ничего. Я смотрю на Теодора и сразу понимаю, что он мертв. Каким-то краешком сознания отмечаю маленькое темное пятно на его груди, которое с каждой секундой становится все больше. И постепенно до меня доходит, что человек, который стрелял в него, все еще стоит рядом со мной.

– Он собирался убить тебя.

Слова Джозефа эхом отдаются в моей голове, когда я поворачиваюсь к нему лицом.

– Как и ты! – кричу я ему в ответ. Мой голос дрожит, но мне все равно. – Такое ощущение, что в последнее время все пытаются убить меня!

Времени на ответ я Джозефу не даю.

Вместо этого одним движением выпускаю свою силу в его сторону. Это мини-форма того, что я сделала на похоронах мамы. Та же сила, которую я использовала, чтобы разрушить замерзший фьорд. Я чувствую ее внутри себя и бросаю в Джозефа так мощно, что он отшатывается назад, будто в него угодил огромный металлический шар для сноса зданий. Глаза моего отца закатываются, колени подгибаются. Я понятия не имею, нанесла ли ему травму, опасную для жизни, но в этот момент мне все равно.

Тяжело дыша, я осматриваю неподвижное тело Джозефа, затем мой взгляд перемещается на деда. Мириады чувств вспыхивают во мне, но я не позволяю ни одному из них завладеть моим сознанием. Я разберусь с этим позже. Со злобным рычанием поднимаюсь на ноги и оглядываюсь вокруг. Тем временем множество сражающихся пали в бою и лежат на земле либо мертвые, либо без сознания, и ничто не указывает на то, на чьей стороне они боролись. В голове крутится вопрос, каковы будут последствия всего этого. На протяжении тысячелетий сезонные семьи скрывали и прятали свою магию от мира. Теперь на улицах Лиллестрема бушует открытая война, и совершенно невозможно, чтобы это не вызвало вопросов у местных жителей. В ночи снова раздается взрыв, словно боги стремятся подтвердить мои мысли. На этот раз он более сильный, и на мгновение улица освещается яркой вспышкой, от которой режет глаза.