Но сначала я просто закрыл глаза, попытался глянуть, как прошло исцеление, и ничего не смог. Магии во мне осталось ни на грош. Я не чувствовал ее отголосков. Не мог уловить ни единой искорки. Я был пуст, но даже не мог испугаться этому факту. Мной овладело странно безразличие.

— Вер, — попросил я, не открывая глаз, — принеси книгу.

Она встрепенулась:

— Сейчас-сейчас…

И умчалась прочь. В голосе Влада появилось беспокойство:

— Что-то не так с Викой? Все плохо?

Я обернулся к нему, покачал головой.

— С Викой все хорошо. Она спит. Это мне нужно.

— А-а-а-а, — парень сразу успокоился. Мне он верил безгранично.

Появилась Вера с гримуаром, хотела передать мне его прямо в руки, но я отказался.

— Положи на кровать. И, пожалуйста идите. Мне нужно здесь остаться без вас.

Вера наморщила нос, спросила:

— Мы тогда ляжем спать на вашей кровати?

Я пожал плечами. Мне было все равно. Они ушли. А я еще долго сидел, смотрел на книгу, не решаясь ее коснуться. Потом все-таки переборол себя. И… не увидел ничего. Не было не искр, ни радости, ни света. Я был пуст. Книга была пуста.

Я снял ее с кровати и просто лег спать. Все, история про великого шамана, покорителя мироздания завершена. Жаль, что так глупо и бесполезно.

* * *

Не было ни пирогов, ни блинов. Радости особой тоже не было. Просто, какая-то неимоверная усталость. За окном не было ни забора, ни золотых шаров. Не гуляло по белому небу черное светило. Там царила непроницаемая тьма, как и положено во владениях приличной нави.

Баба Дуся сидела за столом. Мне почему-то показалось, что она плакала. Нет, не сейчас, но совсем недавно. Я оглядел комнату, но Васеньку заметить не смог.