Глава 16

Глава 16

Утром меня разбудил один из охранников, заковал в наручники и без разговоров повел к центру развлечений города. О моих нуждах никто не спрашивал, но на гостеприимство я уже совсем не рассчитывал, так что «фемовский» завтрак растаял вместе с туманом последних сновидений. Было около девяти утра. Слуги коваров уже сновали по своим делам, а на арене слышался шум толпы. Сегодня был как раз тот день, когда сражения идут с утра до самого вечера. Такое бывает один-два раза в месяц. Охранник Тагона передал меня помощнику распорядителя боев и еще странную деревяшку с царапинами — это такая записка от ковара. Тот быстро ознакомился и кивнул, принимая меня и отпуская охранника восвояси. Помощник был одет в кожаные штаны и куртку, на голове его был старый потертый кожаный шлем, похожий на коричневую тыкву, а в качестве оружия при нем был старый железный меч. Он взял меня за цепь от наручников и повел по изогнутому дугой коридору в стенах арены. Всюду висели факелы, потому что здесь было очень темно. Мы дошли до небольшой двери, мой сопровождающий отворил ее, снял с меня цепи и толкнул внутрь. Я кубарем полетел в полуподвальное помещение с деревянными полами и такими же лавками вдоль стен. Везде была засохшая старая кровь, а на уровне головы висели три небольшие масляные горелки. Они были защищены металлическим абажуром, а в стене чуть выше чернели отверстия для вентиляции и отвода дыма. В комнате уже сидели два трясущихся от страха человека. Помощник хотел было уйти и запереть дверь, но вдруг что-то заворчал и бросил в комнату свой старый, ржавый гладий — похоже, позабыл выдать специальное оружие. Я взял его и сел на грубую деревянную лавку, ожидая дальнейших событий и осматривая соседей. Они выглядели очень похоже, были одеты в рваные грязные тряпки и оба недавно были сильно избиты. На их лицах и коже виднелось множество синяков и ран, запекшаяся кровь на губах. Один сжимал небольшой кинжал, а у ног другого лежала деревянная дубина с шипами. Сейчас как раз была передышка между сражениями. Старая деревянная дверь, отделяющая нашу комнату от арены, была весьма ветхой. Через щели я смог рассмотреть лестницу, ведущую вверх, на арену и трибуну, на которой находился начальник состязаний. Наверху убирали тела и всякий мусор, а начальник выяснял, как ему следует оглашать следующее сражение. Через некоторое время он ударил в огромный металлический начищенный до блеска диск. Громкий звон огласил подготовку к новому сражению. Двери моей темницы открылись, и я выскочил на свет. Арена — круглая, обильно посыпанная песком площадь, окруженная невысокими — чуть ниже человеческого роста — шипастыми стенами, за которыми возвышались трибуны, густо укомплектованные людьми. Выходов на арену было несколько, и из других дверей тоже начали появляться будущие бойцы. Мои соседи выходить самостоятельно отказались, так что через минуту их вытолкали с помощью копий служители арены в шлемах-тыквах. Как только все вышли, распорядитель начал объявлять о начале битвы, громко говоря в конусообразную металлическую трубу.