Глава 17

Глава 17

— Поздравляю с первой победой, юный друг, — торжественно произнес Тагон. — Знаешь, а я совсем в тебе не сомневался.

— Да? А почему тогда нас объявили рабами, от которых отказались хозяева? — вяло приподняв голову, тихим голосом спросил я.

— О, это всего лишь слова распорядителя. Чтобы поражение новичков было ожидаемым, он всегда их так представляет, а если кто-то из них выигрывает, народ радуется намного сильнее. Иногда, конечно, это правда, и хозяин не желает больше терпеть кого-либо из слуг. И чтобы просто не убивать его, он отдает его на бойню, где можно еще немного нажиться. — Наставническим тоном объяснил Тагон.

— Ну тогда у меня больше нет вопросов.

— О, у меня тоже отпали к тебе многие вопросы. — Тагон вел себя как-то странно. — Как часто ты желаешь выступать на арене?

— Как можно чаще, чтобы скорее обрести свободу.

— Ты так жаждешь свободы, но для этого вовсе не обязательно выходить на смертельные схватки. Я купил тебя и могу дать ее тебе хоть сейчас.

— Но ты же не сделаешь этого, верно? — с едва уловимой в голосе надеждой спросил я.

— Пока не собирался, — снова изменив интонацию, сказал Тагон. — Но смею заверить, я дам ее тебе, когда в этом возникнет острая необходимость. — Он как будто тонко чувствует все мои мысли и старается подыграть. За дверью послышались шаги, и один из слуг принес весть, что к Тагону пришел ковар Бугостор.

— Ох, я совсем забыл, он обязательно устроит скандал. Монтр, накорми нашего воина и пусть отдыхает.

Хозяин бросил на меня взгляд, в котором блеснула искра непонятного мне пока азарта, и удалился. Через несколько минут принесли миску с довольно сносной едой и кружку воды. Я принялся есть свой обед под гневный голос Бугостора, раздающийся где-то далеко в огромном доме Тагона.

— Ты опять за свое, Тагон! Ты дал что-то своему дикарю, не иначе! — злобно орал кроксовод низким и страшным голосом.

— Ничего я ему не давал. А если бы и дал, это вовсе не твое дело. Ты же сшиваешь и спаиваешь своих слараков с помощью неизвестно каких усилителей роста и регенерации, я не запрещаю тебе этого, — спокойно отвечал Тагон.

— Не юли, зельевар! Это слараки, они должны быть сильнее и выносливее людей, чтобы убивать их, но этот твой худощавый корнеед поубивал их чуть ли не голыми руками! — Все больше свирепел Бугостор.

— А давно ты бывал в лесах, старый друг? Откуда тебе знать, что дикари не изменились и не стали в десять раз сильнее?

— Хватит издеваться! Не пускай его больше на арену, или я доложу о тебе!

— И что же ты скажешь? Что мой боец убивает твоих зверушек? Если бы я сомневался в его способностях, я бы никогда его не выпустил! А для тебя это должно быть стимулом для создания еще более сильных уродов. Я уверен, то же самое ты услышишь от Рогдо, если доберешься до него и избежишь наказания за пустую трату его времени. — Бугостор не придумал ответа и, бурча что-то под нос, быстро вышел из дома Тагона.