Я поднял руки и с недоумением спросил:

— Вы уверены в том, что делаете?

Они все покосились на своего старшего, но тот и не подумал их остановить, лишь потребовал:

— Рассказывай, что здесь случилось.

Теперь я вскинул брови, на миг скосил глаза на Ограка. Недавняя схватка до сих пор пьянила, пьянила победа, пьянил жар в животе, словно я хлебнул не состава с кровью, а крепкого и молодого вина. Пьянили и слова Ограка. Слухи, значит, быстро расходятся среди солдат? Не следует портить себе репутацию? Тогда, что эти стражники себе позволяют?

Так и спросил:

— Вокруг, конечно, Академия, а я её ученик, но, напомни мне, стражник, я ведь всё ещё идар, прошедший посвящение Хранителям, а ты всё ещё простолюдин, так ведь?

Он лишь поджал губы и прищурился, а я, не дождавшись ответа, рявкнул:

— Я Лиал, наследник Малого дома! Именуй меня как положено, солдат!

Теперь он на миг стиснул зубы, катнул по скулам желваки, но всё же выполнил моё требование:

— Ваша милость Лиал, сообщите нам, что здесь произошло.

Я кивнул:

— Так-то лучше. Теперь извинись за предыдущую грубость и прикажи своим людям опустить мечи.

В этот раз ему понадобилось больше времени, на то, чтобы справиться с собой, но он сделал и это:

— Прошу простить меня и моих людей, ваша светлость.

Я удовлетворённо оглядел сделавших шаг назад солдат и кивнул:

— Прощаю, хённам, — глаза стражника полыхнули явно различимой злостью, но я уже продолжал. — Я единственный из отряда, кто уже прошёл посвящение Хранителям, поэтому, когда они ушли на церемонию, остался в башне, — ткнул рукой, указывая на тело Борака. — Он вошёл сюда через верхний этаж, сказал, что собирается убить меня, и напал.

Теперь я ткнул пальцем в рану на плече, единственную свою рану за всю схватку.

— С трудом сумел избежать удара его меча, а затем здесь появились ещё двое и начали с ним драться.

Один из солдат, отступивший дальше других от меня и занявшийся телом Борака, сразу же обнаружил его особую примету: