Последние частички рассудка грозились покинуть его сознание оставляя беззащитный разум во власти разгорающегося безумия!

Постепенно среди хаоса стали звучать незнакомые голоса... Каждый был наполнен чарующей злобой, искушая и без того слабое сознание.

«Хватит бежать... взгляни правде в глаза... ты пал...»

Эти слова били гораздо больнее, чем перешёптывание всей толпы фанатиков.

«Лишь прими нас... и сможешь возродиться...» - некто протягивал руку помощи, тонущему в бездне безумия человеку. Словно луч света в непроглядной тьме, к которому тянутся все без исключения.

«Стоит сказать... лишь одно слов и.… все мучения закончатся...» - речи звучали всё более соблазнительно, старательно давя на слабые места.

Лишь единицы, находясь на последнем издыхании, способны противостоять этому искушению... Но Пирс не обращал внимания на посторонние голоса... Он не видел протянутых мерзких рук к его душе, сейчас его полные гнева глаза были направлены на медленно выходящую из массы последователей Теневого Храма фигуру.

Старик, в котором тлел последний огонёк жизни, вышел перед всеми, и поднял старческую, костлявую руку со словами:

- Тишина! – мантия, отличающаяся обильными количеством украшений, не позволила никому сказать и лишнего слова. Каждый из присутствующих понимал статус этого человека, а его прибытие говорило о серьёзности всего дела.

Все склонили головы в знак особого уважения.

- Приветствуем Епископа Хьюберта!

«Собака Хьюберт!..» - ещё немного и зубы Пирса затрещат от переполняющего его гнева. Ненависть к этому презренному человеку в сердце мужчины была ничуть не меньше, чем от всего Теневого Храма.

Хьюберт Хорис. Если семья Хориса предела Ану-Эра, то Хьюберт воткнул нож в спину собственного рода.

Этот человек, приходящийся родным дядей Пирсу, был главной причиной теперешнего печального существования рода Хорис.

Как падальщик, отхватил добрую половину от их умирающей плоти, ещё глубже топя в бурном потоке несправедливости.