— Докладывайте, как происходит подготовка к обороне, — не переставая массировать раскалывающиеся от боли виски.

Перед ними нет нужды удерживать миловидную маску. Слишком давно знакомы и слишком многие передряги успели пройти. И, хоть я считал эту сходку простой формальностью, игнорировать ее было нельзя.

Каждый житель серого квартала слышал, как разорвало один из хребтов близ шахтерского городка, а после мог наблюдать за одним из четырех легионов, покидающим крепостные стены...

Тут уже даже идиоту станет ясно — пахнет жареным. И в попытках спасти собственные шкуры, нажиться или попросту «отметить» свой последний день, эти самые идиоты могут наворотить таких делов, что мне и за год расхлебать не удастся.

Потому единственный возможный вариант выживания — контроль, подчинение всего квартала силой авторитета и силой физической.

— Сердце квартала, — рослый, с сединой в бороде мужик, Минг, приподнял на меня взгляд, чтобы сиплым голосом начать доклад, — палатки разобрали на баррикады; калек и мелочь согнали в резервацию, где за ними присмотрят и проконтролируют, чтоб без глупостей; самым жилистым выдали заточенные палки и поставили их в первую линию на баррикады, позади стоят уже наши люди с нормальными режиками, чтоб никто даже не думал о бегстве. Никаких проблем.

Жестом я указал на его соседа, Варку, все такого же рослого, но уже куда более молодого парня. Однако шрам, тянущийся через всю щеку, и откушенный кончик носа отчетливо свидетельствовали о его резком нраве.

— Придорожный район — всех, рискнувших покуситься на собственность городских, отловили и выставили в авангард с палками; вещи вернули и, на всякий случай, кинули пару воришек к калекам, выдадим их на откуп, когда власти затребуют ответственных, — Варка довольно оскалился. Воровское ремесло приносило ему проблемы в одиннадцати случаях из десяти, и потому к подобным типам он относился с особым энтузиазмом. Особенно любил подкреплять аргументы грубой силой и за поводом в карман не лез. — Половине способной удержать оружие его выдали, остальную половину поставили на подстраховку и разбили их на группы по десять человек, где каждый десятый — один из моих и если что разъяснит за резоны. Все согнаны к баррикадам. Никаких проблем.

И это приятно слышать. Слишком много сил пришлось вложить в захват власти по всему серому кварталу, чтобы терять все в одно мгновение. И меня не волнует, что за сила могла разнести гору в щепки, заставляя верхушки власти шевелиться и высылать один из четырех легионов. Я сохраню свою власть, даже если ради этого придется сгонять людей как скот и пользовать, словно пушечное мясо. Все равно бесконтрольной толпой все они будут обречены...