— Сражаться можешь?

— Да, — уверенно кивнул Арт, заслужив щелбан от старшей сестры. — Ай!

— После такого от меня ни на шаг, — с взрывоопасным блеском в зелёных глазах сказала Ирис. — Понял?

— Понял, — потирая лоб, произнёс Арт. — Этот епископ… Очень опасен.

— Поэтому нам нужно действовать слаженно, — глядя в сторону площади, где падали на камень в виде разрубленных кусков её големы, протянула девушка.

Фолл стоял рядом, не вмешиваясь в их разговор.

— Сад снаружи, пытается вскрыть барьер, — добавила Ирис, бросая на землю автомат и сбрасывая с плеча ремень с посохом. — Выиграем время — а потом эта мразь поплатится за то, что сделала с тобой.

— Ха-а… — усмехнулся парень. Затем повернулся вместе с сестрой к площади, беря в обе руки меч. — Какой план?

— Простой, — оскалилась она. Шрам на щеке чародейки налился чёрно-зелёным, а красный камень в навершии посоха засиял, прогоняя через себя эфир. Её бойцы синхронно сняли винтовки с предохранителей. — Я его отвлекаю, ты его херачишь. Найдёшь ведь, чем?

— Спрашиваешь ещё, — рассмеялся Арт, вливая меч тёмный эфир. Простейшая логика — свет перекрывает тьму, а тьма закрывает свет. Лучше против чистого белого эфира не сыскать. — Вперёд!

Новый этап схватки с епископом начался пышно. Под бесперебойные выстрелы, под ступавших на дрожавшую землю солдат, призываемых Ирис, под издевательских смех Мясника Церкви, словно игравшегося с заблудшими агнцами. Его высокомерие играло брату с сестрой на руку — пока тот ржал, они готовились к решающему удару. Где-то из-за домов просвистели миномёты, обрушивая на Самсона всю мощь современных методов ведения войны. Выстрелы, взрывы и магия утюжили площадь, в центре которой стояла сиявшая даже под градом снарядов фигура. Арт двигался по дуге, постепенно сокращая дистанцию между ним и епископом.

Разумеется, тот быстро всё понял, прекратив реагировать на атаки Ирис. Та била без продыха — огненным ливнем, миниатюрными цунами, лезвиями ветра, оставлявшими в камне глубокие борозды. Всё это разбивалось о робу Самсона, пару раз крайне неприятно облапавшего взглядом девушку. Мясник Церкви уделял особое внимание детям и женщинам — их страдания приносили ему ещё большее удовольствие, чем боль и ужас мужчин и пожилых подопытных. Арт ушёл в пустоту, прячась от взора епископа, медленно но верно приближаясь к тому для применения техники ста мечей. Впрочем, однажды увидев парня, Самсон больше не выпускал того из поля зрения.

— Ты сам идёшь ко мне, о заблудшая душа! — восторженно протянул третий епископ, в очередной раз поворачиваясь аккурат в аккурат туда, куда переместился Арт. — Вха-ха-ха! Похвально! Первая идея Господа — не противься судьбе! Ты понимаешь меня, ведь так?