— Заткнись, — брёл Арт, слегка оглушённый рокотом и взрывами, продолжавшими раздаваться кругом ежесекундно. — Я иду к тебе, чтобы убить. И поверь, ничто меня не остановит.

— Хо-хо! — поаплодировал Самсон. — Какая жажда крови от героя! Я видел такую лишь однажды!

Фолл вздрогнул, со злобой глядя на смеявшуюся фигуру. Никакой кошмар не мог сравниться с тем, что снилось первому герою после встречи с третьим епископом церкви. Вид изувеченных тел, но хуже того — вид искалеченных душ, вот что не давало Фоллу покоя. И вид этой гадкой, наполненной благодатью улыбки. Этот человек был уверен, что каждый его шаг, каждое его слово — всё это принадлежит Господу и исполняется по воле Его. Если бы не обстоятельства, Фолл уже давно бы лишил Самсона головы. Но то — дела прошлых лет. Сейчас сразиться с третьим епископом предстояло Арту и Ирис.

— Ты и впрямь походишь на него, — мечтательно протянул Самсон, облизывая ставшие серыми губы. Вероятно, его тело изменило цвет из-за техники, которую он использовал. Какова её суть? Загадка. — Как жаль, о дитя, что судьба свела меня с тобой, а не с ним. Этот герой… О, я воспевал тот день, когда встретился с ним! Как бы я хотел скрестить с ним клинки, по-настоящему, как полагается двум истинным последователям Его!

— Что? — слегка окосел Арт, переводя взгляд на вновь вздрогнувшего Фолла. Даже Ирис на мгновение прекратила шептать заклятья, инстинктивно посмотрев на парня.

— Не спрашивай, — обратился первый герой к парню через телепатию. — Игнорируй всё, что он говорит. Сосредоточься на сражении.

— Так иди же, дитя! Прими очищение Его! — провозгласил епископ, продолжая улыбаться.

— Раз ты так просишь, — прорычал Арт, бросаясь вперёд.

— Прекратить огонь! — скомандовала Ирис, ударяя посохом в камень.

Выстрелы и свист миномётов стихли. Епископ стоял с распростёртыми объятьями, даже прикрыв глаза от невероятного удовольствия, что испытывал от каждой секунды сражения. Арт ушёл в пустоту, в очередной раз атакуя Самсона из слепой зоны. Правда, теперь его удар не был простым движением относительно опытного мечника — клинок уже был занесён для исполнения нужной техники.

— Двадцать первый меч — меч гор!

Движение таза слилось с ударом, идеально выполняя каждый элемент созданной Фоллом череды поступательных ударов. Земля с ужасом вздрагивала каждый раз, когда Арт опускал свой меч, а епископ, несмотря на улыбку, в одно мгновение лишился сперва левой, а затем и правой руки, отступая на несколько шагов, чтобы не попасть под третий, финальный взмах. Арт остановился, выдыхая. Зелёный эфир слился с тёмным воедино, по частям разрушая и серое тело, и белую робу епископа. Впрочем, падать или хоть как-то показывать боль Мясник Церкви отказывался. Кровь пропитала порванную робу, две конечности валялись рядом, на потрёпанных каменных плитах, но мужчина всё равно стоял, не дрожа.