И зря…

[Бернадет: Так это… Был… Алкоголь…]

[Сергей: А что ты ожидала увидеть в корчме? Молоко? Неужели не унюхала вообще что ли, там, не знаю, вкус не почувствовала?]

Тем не менее, девушка уже не была в состоянии что-либо ему ответить. Постепенно склоняя голову набок, она прикрыла глаза всего на одно мгновение, и они прочно замкнулись.

Бернадет потеряла сознание.

[Сергей: Мда, Дыон… Заслушались мы тебя, такую оплошность допустили…]

[Дыон: Ызвыняюсь…]

[Сергей: Да ладно, я это так — для красного словца… Эххх… Теперь придётся её снова тащить до дворца.]

[Дыон: Тыбе памочь?]

[Сергей: Ты лучше выспись… Может и полегчает, увидишь что-нибудь во сне… Мне-то не привыкать по ночам шляться.]

[Дыон: Тогда… Удачы!]

[Сергей: Тебе того же, спокойной ночи!]

[Дыон: Пакойной.]

Юноша поднял свою спутницу на руки и вынес на улицу.

Луна блестела над самой его макушкой, вдалеке веяли слабым мерцанием звёздочки, плескались в потоках мрака едва заметные тучи, и перешёптывались между друг другом деревья и кустики.

[Сергей: Мда… Мне бы так до рассвета хоть вернуться…]

* * *

Он не успел. На улице уже взошло летнее солнце, запели назойливые птицы, а юноша только вяло шлёпал по Третьему Кольцу.

[Сергей: Пиздец… Поспал бы у дворца на траве, всё равно там бы не убили… Ай, теперь уже поздно, надо дойти до конца…. Ещё и свадьба…]

Глаза Сергея покраснели, мешки под глазами ещё более осунулись, налившись чернилами, а на лбу, казалось, появилась лишняя морщина. Всё удовольствие от похода в ванную давным-давно уступило место несменной боли в ногах, груди, колющему холоду, так злобно лижущему юношескую спину, и банальной усталости.