— Что, не ожидал? — с вызовом спросил Жель, усаживаясь на бережок напротив Иста.

— Не ожидал. — Ист пожал плечами и, в свою очередь, тоже задал вопрос: — Это что же, все боги в обычной жизни себя приукрашивают?

— Не все, — коротко ответил Жель, и лишь тогда Ист понял, что задал глупый вопрос. Сам-то он без нужды облик не менял, а Хийси и вовсе всегда ходил в подлинном обличье. Так что ответ Желя было несложно предугадать.

— И что ты хотел сказать мне, покровитель стад и нив?

Жель поморщился, но, помня, где сидит, вымученно проговорил:

— Вообще-то, нивы принадлежат лежебоке Франу, а мне только стада и пастбища. А вот луга и… эти, клеверища! — они спорные. Я бы давно этот вопрос решил, да разве с Франом договоришься… От него никакого ответа не добиться. Вроде и дела ему до покосов нет, а чуть что — моё! Дрянной божишко.

— В этом вопросе я судить не могу. — Ист выдержал паузу и добавил умное слово: — Некомпетентен.

— Я, собственно, не из-за этого тебя искал. — Жель почесал указательным пальцем нос. — Мы тут кое с кем беседовали и решили, что твои споры с Гунгурдом касаются только тебя и Гунгурда. Другие боги не будут вмешиваться в это дело.

— Вы очень добры, — заметил Ист. — Только я хотел бы уточнить. Когда ты обмолвился, что вы «тут» беседовали, следует ли это понимать, что вы разговаривали возле источника правды? Только что ты упоминал совсем другой источник.

— Именно так и следует понимать, — сухо ответил Жель. — Сначала мы разговаривали здесь, потом, когда всё самое важное было решено, перешли туда. Здесь удобно работать, там отдыхать. Но я ещё не кончил рассказывать о главном. Тому из нас, кто встретится с тобой первым, поручено передать, чтобы ты больше не говорил таких слов… ну тех, что произнёс, когда поднимал народ против храма. С Гунгурдом у тебя война, и ты можешь делать с ним что угодно. Ты отнял у него Норгай — один из лучших городов мира, и мы готовы признать Норгай твоим. Но говорить, что, кроме тебя, нет никаких богов, — не надо. Ты, видимо, произнёс эти слова в запальчивости, однако впредь… ну, ты понимаешь. Я уже говорил, войны и свары меня не радуют. Я, конечно, не прочь, если другие боги сцепятся друг с другом, но участвовать в этих делах самому — увольте! А ведь твои слова можно расценить как объявление войны всем богам одновременно. Странно, что ты не понимаешь таких простых вещей.

— Теперь понимаю, — кивнул Ист. — Просто я слишком недавно стал бессмертным и ещё не привык соразмерять силу сказанного. Постараюсь больше не говорить опрометчивых слов.