Я едва рот не распахнул от удивления, выслушивая о своей бесстрашности. По словам Влада, я чуть ли не единолично положил всю нечисть, закрыл брешь в стене и вытащил раненых. Нет, я конечно молодец, но был не один. Как-то обидно стало за витязей, так что я взглянул на их лица. Но богатыри невозмутимо слушали и кивали. Да и Бутурлин довольно прищурился, глядя на притихших князей с каким-то злорадством. Меня, похоже, выбрали в качестве палки для битья.

Мне это не понравилось, но я стойко переносил восхваления, ожидая развязки. Когда Влад закончил, моё выражение лица было под стать рожам совета.

— Посему мы решили, — великий князь Псковский вышел на новый уровень пафоса. — Наградить достойного защитника города, в благодарность за все его заслуги передав ему легендарный меч Святогора.

Невольно потянувшись к навершию и погладив его, я довольно улыбнулся. А вот это приятно! Мне совсем не хотелось отдавать оружие, с которым я ощутил такую сильную связь. Но умыкнуть сокровище внаглую у меня рука не поднималась.

Князья отреагировали не очень хорошо. Зароптали, принялись возражать и спорить. Я вежливо промолчал, что оружие пылилось черт знает сколько времени, да и вообще выбросить реликвию хотели... То ли воевода недосказал мне что-то, то ли специально всё подстроил.

Бутурлин на мой вопросительный взгляд сделал вид, что не замечает его. Мужик внимательно следил за происходящим, отмечая кто и как выражается. Ну чисто лис в курятнике. А я тут, значит, приманка.

Ну да ладно, пусть вылавливают недобросовестных в своих рядах, мне достался меч.

— Вы что-то имеете против моего решения? — тихо спросил Влад, но его услышали и тут же наступила полная тишина. — Или, может, станете оспаривать то, что исполнилось предание?

— Великий князь, — поднялся один из князей, самый молодой из присутствующих. — Позвольте высказать, полагаю, общее мнение.

Влад кивнул, а вот добрая половина совета явно засомневалась. Какой-то толстячок так и вовсе покрылся нервной испариной, принявшись вытирать лоб платком и суетливо теребя полу пиджака.

— Не стану отнимать ваше время и время уважаемого армариуса, — вопреки его словам тон князя говорил об обратном, а уж его взгляд на меня так и вовсе вызвал желание начистить морду. — Меч можно было взять в руки и при помощи темной магии. А учитывая массу слухов, ходящих вокруг армариуса, возникают вполне разумные опасения. Не сочтите за грубость или обвинение, уважаемый.

Он снова повернулся ко мне, окинув такой волной презрения, что я призадумался. Этому хлыщу я когда на хвост наступил? Это явно что-то личное, не простое высокомерие. Так что и за грубость, и за обвинение я это и принял. Ответил я ему усмешкой, но руку на мече сжал. Князя такой жест немного охладил, он инстинктивно отодвинулся.