Зараза, как же я не любил эти игры.

— Неважно уже, ты не справился, — я добавил в голос легкого разочарования.

— И теперь ты пришел за мной, — он не спрашивал, утверждал.

— Мне не нужна твоя жизнь. Только то, что у тебя там, — я указал пальцем на его лоб.

И вот теперь я увидел страх в его глазах. Парень подобрался и замер. Значит, я прав насчет блока. Хреново, очень хреново. Я не готов рисковать своей душой ради того, чтобы очистить его от Тьмы. Не ради информации. И уж тем более не после того, что он сделал.

— Ты же знаешь, что это невозможно, — он облизнул пересохшие губы.

— Ну, я могу попробовать, — я протянул к нему руки.

Он попытался отодвинуться, вжался в стену из последних сил, которые у него оставались. Ошейник на его шее лишал тело способности двигаться, но от переизбытка эмоций у него получилось.

— Подожди, — дыхание альбиноса сбилось. — Давай договоримся. Я не хочу... так.

— Хорошо, тогда я слушаю.

Белобрысый сразу же принялся вываливать на меня уйму подробностей. И практически все они не имели смысла и конкретики. Вообразив, что я причастен к какой-то общей тайне, он говорил про «него», не называя имен и мест. Всё, что я узнал — его отправили подставить меня, окончательно убедив общественность в том, что я темный маг.

Интересно было лишь то, что это не первая попытка. И все слухи, бродящие среди народа в последние дни, тщательно подготовлены и прогреты по заказу. Пусть все отправленные за мной люди бесследно исчезали, подставы работали. И мой «брат» должен был завершить это представление феерическим финалом.

Даже пожаловался, что не мог я уйти из той комнаты в бараке. Там находился артефакт, который должен был меня удержать, не дать уйти через Тени. Вот эта игрушка меня заинтересовала. Надо бы вернуться и забрать.

В общем, коварные планы неизвестного недоброжелателя не сработали. Я, сволочь такая, не поддавался и избегал стопроцентных ловушек. В какой-то момент мне даже немного стыдно стало, так парень печалился. Ну извините...

Я чувствовал, что он не врет. И говорит ровно столько, сколько может. С каким-то облегчением и смирением. Словно ожидал от меня пощады, в виде быстрой смерти. Видел я раньше такие взгляды. Так смотрят, когда знают, что дальше лишь забвение и больше нечего бояться и скрывать.

Выложив мне туманные детали заговора, он выжидающе уставился на меня. По-хорошему, свернуть бы ему шею, а не оставлять дознавателям. Они всё равно ничего не добьются, но попыток не оставят. Но он сам выбрал свой путь. И больше не представлял для меня угрозы.

Я поднялся, выслушав его исповедь. Молча покачал головой и отправился на выход.