После мотивирующего воздействия Софьи пленник пел так, что можно было заслушаться. Само собой, если бы обсуждаемая тема в принципе могла радовать. Впрочем, я все равно увлекся, поэтому на возвращение матушки среагировал лишь самым краешком сознания. Тем самым, которым привычно контролировал окружающий мир чувством леса. Потом, помнится, прикрыл глаза, отвечая на ее ласковое прикосновение к плечу, прижал щекой руку, начавшую разминать трапеции, а через какое-то время подобрался, так как заметил приближение целой группы ярко светящихся силуэтов. И поделился с дамами своими наблюдениями:

— К нам, кажется, ломятся незваные гости!

— В восемь пятнадцать утра? — «удивленно» спросила Даша. — А вдруг мы еще дрыхнем или усиленно наводим красоту, готовясь к торжественному награждению?

В этот момент самый первый силуэт остановился возле двери в наш номер, и из прихожей раздались мелодичные переливы звонка системы контроля доступа.

— Гляну, кого там принесло… — недовольно буркнула моя родительница, вышла из спальни и исчезла. Совсем ненадолго: «повоевав» с гостями, но «не сумев отправить их восвояси», привела их к нам!

В момент появления на пороге двух Императоров и их доверенных телохранителей я выслушивал очередной ответ пленника, поэтому, услышав тихий шелест открывающейся двери, скосил на нее взгляд и, узнав государя, сложился в уважительном, но ни разу не подобострастном поклоне. А на его венценосного спутника даже не посмотрел. Ибо был зол до невозможности.

— Доброе утро, Ратибор Игоревич! Доброе утро, дамы… — поздоровался самодержец и объяснил причину столь раннего визита: — Прошу прощения за то, что заявились в гости в такую рань, но у нас возникла довольно серьезная проблема, требующая незамедлительного решения. А принять единственно верное решение без консультации самых опытных специалистов по Той Стороне, имеющихся в нашем распоряжении, не представляется возможным. Кстати, не расскажете, чем вы занимаетесь?

— Доброе утро, Владислав Мстиславович! — отозвался я. — Монтируем мини-фильм, который собираемся выложить в Сеть эдак за час-полтора до начала церемонии.

— Как я понимаю, этот фильм имеет к ней самое непосредственное отношение, верно? — спросил он, неспешно подошел к кровати, посмотрел на лицо пленника и нахмурился: — Ратибор Игоревич, я надеюсь, этот человек не является подданным глубокоуважаемого Лю Фаня и, соответственно, нашим союзником?!

— Союзником?! — желчно переспросил я, повелительно шевельнул рукой, и Бестия вывела на экран телевизора заставку, с которой должен был начинаться «мини-фильм». — Государь, посмотрите, пожалуйста, собранные нами материалы, и тогда все вопросы отпадут сами собой!