— Счастливый день, мисс. Чем могу вам служить? — слегка высокопарно поприветствовал её Глэйд. Однако как только она прошла в его кабинет, притворив за собой дверь, и секретарша, буравящая её любопытным взглядом, уже не могла их слышать, он заговорил совершенно другим тоном:

— При всем уважении, мисс… Но если вы здесь только для того, чтобы убедить меня выбить финансирование для очередной авантюрной эскапады моего дорогого друга, — последнее слово он произнес с такой интонацией, словно речь шла не о друге, а о человеке, не имеющем для него абсолютно никакого авторитета.

— Я здесь не за этим, — спокойно сказала Сол и протянула магистру Глэйду письмо. — Уж не знаю, какие у вас… гм… взаимоотношения с господином Легрантом, меня это не касается. Однако оказавшись в двусмысленной и весьма щекотливой ситуации, он почему-то решил посвятить в курс дела именно вас, а не кого-либо другого. В письме подробности. Со своей же стороны могу подтвердить, — поспешно добавила она, видя, что Глэйд хочет её прервать, — что всё сказанное в письме — правда, от первого и до последнего слова. Я — непосредственный свидетель и участник этих событий. Надеюсь, вы понимаете, что мне нет нужды вводить вас в заблуждение, магистр? — она вскинула руку в прощальном жесте и развернулась к двери.

— Постойте… Мисс! — засуетился Глэйд. — Что всё это значит? Почему вдруг Гарнель обращается ко мне, да ещё и прибегнув к чужой помощи? Что в письме?

— Прочтёте и узнаете. В письме всё изложено достаточно подробно, мои комментарии излишни. К тому же, мне пора возвращаться. Позвольте откланяться, — попрощалась Сол и вышла из кабинета.

Шагая по широким коридорам музея, уставленным скелетами динозавров и прочими допотопными окаменелостями, Сол задавала себе вопрос, правильно ли она поступила, доверив столь ценную информацию этому человеку. Не видит она его в роли единомышленника, хоть тресни! Мрачный кабинетный бюрократ, в первую очередь думающий о деньгах. К тому же, между ним и Легрантом явно какие-то старые счёты.

Где же лестница? Ах, да, они повернули направо, когда поднялись. Сол свернула за угол и тут же отпрянула назад.

В безлюдном музейном зале неподвижно стоял человек в чёрном костюме. Он стоял к ней спиной, и вообще выглядел так, будто увлечён созерцанием экспозиции, но Сол вдруг поняла со всей очевидной ясностью: он здесь из-за неё.

Сердце ухнуло куда-то вниз. Она попятилась — шаг, другой, а потом развернулась и рванула что есть сил в противоположную сторону.

К её огромной удаче, через этот коридор как раз проходила пёстрая шумная толпа школьников, наполняя высокие каменные своды звонким эхом от нескладной разноголосицы. Просочившись сквозь толпу, Сол метнулась к лестнице, ведущей вниз.